Ответы на вопросы читателей журнала «Русский Дом» — июнь 2009 г.

У меня уныние, бессилие, равнодушие ко всему и ко всем. В голове почему-то крутятся стихи Николая Рубцова: «Лодка на моей мели скоро догниет совсем». А раньше, когда я начинала ходить в Церковь, было не так. Каждое посещение храма было для меня событие и праздник.

В. Глебов, г. Вологда

Опыт показывает, что очень часто наша духовная и нравственная жизнь подобна лодке, севшей на мель на берегу озера или, лучше сказать, моря во время отлива. Сама лодка не может вновь соединиться с морем, она прибита к земле. Скованная своей тяжестью, она осуждена все более увязать в песке. Пока не придет морской прилив и не снимет ее с мели. Тогда она будет поднята волной, которая понесет ее, и она будет плыть, обретая свободу и бескрайние горизонты.

Точно также бывает с нами. Предоставленный самому себе, человек не может изменить в своей жизни ничего (или может изменить ничтожно мало). Он пленник своих привычек и своей тяжести. Но как только достигнет его волна Божественной любви, он входит в поток истинной жизни. И его жизнь преображается. Наученная милосердию у Бога, она устремляется в порыве милосердия к Богу и к другим людям. Через многие скорби и испытания надо пройти нам, чтобы научиться вымаливать этот дар!

Вы часто повторяете: «Сколько ложных учений о Боге, столько ложных учений о любви». Понятно, что Вы имеете в виду. Во всех религиях, кроме христианства, ложное учение о Боге. Но в христианстве разве не было ложных учений? И разве нет их сейчас?

Л. Денисов, г. Арзамас

Разумеется, были и есть, и будут. Возьмите, например, главную тайну нашей веры — тайну Боговоплощения. В течение веков разбором христологических ересей занимались по преимуществу знатоки богословия. Но вот эти ереси сегодня вновь оживают. Как реагирует на них наша вера, если она не мертва?

Хуже всего, говорят святые отцы, привычка к святыне. Сколь многие христиане привыкли жить в спокойном и несколько бессознательном обладании истинами нашей веры. Вместе со всеми они поют в Символе веры, что Иисус Христос «истинный Бог и истинный человек». Но теплохладность в исповедании истины вызывает, как сказано, у Бога отвращение. В век глобализма все больше появляется и среди православных тех, кто делает из нашей веры мораль, удобную для людей, «живущих без огня и умирающих без желания». Все значительней присутствие их в нашей Церкви, и все ощутимей их усилия превратить православную веру в разумную интеллектуальную систему, успокоительно действующую на людей, любящих порядок и логику. Так возрождаются старые христологические ереси, согласно вкусу дня. Одни, под влиянием индуизма, видят во Христе лишь Божественное существо, явившееся под видом человека. Другие, вдохновляемые западным рационализмом, видят в Нем лишь высокоодаренного духовно человека, которого обожествили первые христианские общины.

Дилемма всегда одна и та же в течение двадцати веков. Определения могут меняться, но два этих современных направления — лишь дальние наследники древних ересей: докетизма или арианства, монофизитства или несторианства.

Монофизитство — искушение людей благочестивых, но невежественных. Христос, Которому они поклоняются и Которому они молятся, как они говорят, — Милостивый Бог, ставший в какой-то мере человеком, чтобы иметь доступ к нам. Они не отрицают, что у Него было тело, как это делали докеты, но это тело — лишь временная одежда Бога, ставшего видимым. Благочестие, лишенное контроля Церкви, всегда кончается этой ересью, возрождающей под видимостью христианства явления Бога в Ветхом Завете. Весь духовный реализм христианства исчезает.

Арианство — искушение уверенных в своей духовной крепости людей. Когда они говорят о Спасителе, они называют Его Иисусом, исторически самой высокой человеческой личностью, перед которой они преклоняются, но которая не является для них Божественной Личностью. Христос древнего еретика Евтихия был высшим явлением Бога, Христос Ария — величайшим из пророков и, говоря современным языком, самым совершенным из всех, кто представляет религиозный идеал в истории человечества. Но эти похвалы Господу для слуха Церкви столь же оскорбительны, как и благоговение монофизитов, не способных эти слова произнести.

«Ибо надлежит быть и разномыслиям между вами, дабы открылись между вами искусные», — говорит апостол (1 Кор. 11, 19). В этом смысле хорошо, что существуют ереси. Они заставляют нас стряхнуть оцепенение веры. Они не могут нас ни смутить, ни соблазнить, они должны подвигнуть нас лучше узнавать нашу веру и лучше этим знанием жить. «Иудеям соблазн, эллинам (язычникам) безумие» (1 Кор. 1, 23), тайна Воплощения заставляет трещать по швам узкие рамки, в которые человеческий разум хочет ее вместить. Благодать Рождества и Воскресения (и всех наших праздников) открывает любящим истину, что наша вера не есть человеческая мудрость, одна из многих.

В XXI веке, когда повсюду возвещают о «смерти Бога» (и вслед за этим с неизбежностью о смерти человека), мы с трепетом и ни с чем не сравнимой радостью празднуем Рождение Богочеловека и Пасху Господню, победу Божию и человеческую над смертью. Все лживые боги умерли, но две тысячи лет назад Сын Божий стал человеком, чтобы мы стали детьми Божиими, живыми вовеки.

Я прочитала в книге священника Александра Меня, что все религии — различные ступени к Богу. А христианство — самая высшая, все завершающая ступень. На одну ступень от него отстоит религия Ветхого Завета, из которой и родилось христианство. Кажется, такое рассуждение логично — ведь без Ветхого Завета, как мы знаем, не было бы и Нового?

И еще. Что такое время Церкви? Я встретила такое выражение в одной из Ваших проповедей. По каким признакам можно определить, что для человечества наступило время христианства, если все другие религии, более древние, чем христианство (как буддизм), и более поздние (как ислам), не только не исчезли, но еще более распространились, как если бы в мире с приходом Христа ничего не изменилось?

А. Биглер, г. Петрозаводск

Да, Ветхий Завет под многими видами возвещает и прообразует то, что осуществляется в Новом. Но Христос являет полное отличие от самых благочестивых иудеев своего времени. Он приносит новый дух — не как кусок новой ткани, добавленной к старой, но как решительное начало, вытесняющее временные и несовершенные реальности ветхозаветного откровения. Новизна этого благовестия, его полнота не вмещается в границы ветхозаветного Закона. «Никто не вливает нового вина в мехи ветхие», — говорит Христос. Те, кто слушает Его, ясно понимают этот образ, раскрывающий тайну Царства Небесного. Не пришивают к ветхой одежде новые заплаты, потому что при стирке они могут расползтись, и дыра будет еще больше. Церковь — это целостная одежда, «целотканная», уготованная для принятия Духа Христова. До скончания мира, пока будут на земле люди, она будет распространять благовестие и силу спасения своего Господа.

Можно было бы много сказать по поводу Вашего второго вопроса — о том, как и почему, и до каких пределов предает Бог духу заблуждения употребляющих во зло дарованную им свободу. О том, какие испытания ждут человечество на последнем повороте истории. И перед каким выбором будут поставлены все в час Страшного Суда Крестом Христовым. Но я ограничусь здесь только напоминанием о том, что такое Церковь. И почему для всего человечества, в том числе для коммунистического Китая и постхристианской Европы, вся история минувших веков от Рождества Христова до сегодняшнего дня — время Христовой Церкви. Бог стал одним из нас, чтобы разделить до конца нашу судьбу со всеми нами. Что может быть больше этого? Крест, Воскресение и Вознесение Господне завершают некий этап Откровения Божия, Пятидесятница открывает время Церкви. Мистическое Тело Христово продолжает дело освящения Господня и преподает избыточествующую благодать через таинства, через священнодействия, через все свои святыни. Ее учение просвещает ум к познанию Господа, дает возможность вступать с Ним в общение любящим Его. Мир, в котором мы живем, лежит во зле и во лжи. Но Церковь никогда не смешивается ни с каким заблуждением, постоянно бодрствуя над хранением веры во всей чистоте в «плюралистическом» мире. Благодаря ее непоколебимой верности истине, надежно укрепляемой Духом Святым, учение, проповедуемое Иисусом Христом, сохраняет свой первозданный смысл в человечестве без изменения и повреждения. От Пятидесятницы до сегодняшнего дня в Церкви слышится голос Христов.

«Всякое дерево доброе приносит и плоды добрые», и Церковь познается по плодам святости. От времени первых христиан, называвших друг друга святыми, до наших дней, запечатленных подвигом бесчисленных новых мучеников и исповедников. «Мы — посланники от имени Христова, — говорит Церковь, обращаясь ко всему миру, — и как бы Сам Бог увещевает через нас; от имени Христова просим: примиритесь с Богом» (2 Кор. 5, 20).

Как относиться к тому, что некоторые священники, как бы опираясь на слова апостола Павла: «Для всех я сделался всем, чтобы спасти по крайней мере некоторых», приходят на рок-концерты, принимают в них участие в качестве исполнителей для того чтобы «сойти за своего» и привлечь этим молодежь к Церкви? Или ведут свои «духовные беседы» на сайтах рок-групп? Возможно ли серьезное отношение к словам такого «проповедника» у тех, кто не видит ни в чем отличие его от них самих?

В подтверждение своих сомнений приведу реплики рокеров, встреченные мною в интернете, которые обращены к одному их таких современных православных миссионеров (имени называть не буду): «…Я никогда не приму это площадное, тем более, виртуальное христианство». И еще: «Может, вскоре мы увидим новую коллекцию ряс или монастырских вин, стильный постный ресторан и студию записи модных духовных песнопений от продвинутого священника. Он обходит каноны, как коварные шхеры. Он передовой и современный, он шагает далеко впереди».

Также меня впечатлили слова о. Иоанна Крестьянкина на эту тему. Приведу фрагменты из двух его писем: «Одержимость бесовскую Вы получили, когда еще рок-музыкой увлекались. А что делать теперь? Если нисколько не находите сил противостоять насилию вражию, то хоть временно отойдите от служения у престола. Займитесь строительством, помогайте в Церкви, но только отойдите от Престола, иначе враг Вас погубит и в этой жизни, и в вечности». И второе: «Дорогой о Господе О.! Скажу Вам сразу — помысл о рукоположении отгоните от себя раз и навсегда. Даже если Вас будут соблазнять такими предложениями. Опыт показывает, что пришедшие к Престолу от рок-музыки, служить во спасение не могут. Я получаю столько писем от таких несчастных людей, но помощь им приходит только после того, как они снимают с себя сан. Некоторые вообще не могут стоять у престола, а некоторые опускаются на дно ада беззакониями такими, которые они и до принятия сана не делали. Так что имейте это в виду».

Ю. Григорьева, г. Краснодар

Мне кажется, что эти слова всероссийского пастыря должны бы всегда быть перед глазами семинаристов — будущих священников. Полезно было бы всем прочитать также прекрасную брошюру о рок-музыке профессора МДА М. М. Дунаева, недавно отошедшего ко Господу. А также обстоятельную статью А. Тарасюкова, напечатанную в интернете на сайте moral.ru.

Поистине, подлинная любовь ищет блага другого. Не становясь наркоманом или тем, кто любит болезнь другого. Но помогая эту болезнь исцелить. И, конечно же, не принимая с ним наркотик под предлогом, что так можно лучше его понять. Мы не поможем грешникам нашим грехом. А отступившим от истины — нашей неверностью истине.

Это плохой путь, он вызывает разделение в глубине нашего сердца, в Церкви и в человеческом обществе. Вот почему подлинно любят грешника только тогда, когда ненавидят его грех. Это главное. Этим определяется любовь ко Христу. Этим определяется стиль жизни христианина. Кто живет главным, рано или поздно войдет в искренний диалог со всеми. У того, кто способен все потерять ради любви ко Христу, не будет никакого интереса, кроме своего ближнего. Любовь и истина взаимно ищут друг друга.

Протоиерей Александр Шаргунов

Добавить комментарий

%d такие блоггеры, как: