Ответы на вопросы читателей журнала «Русский Дом» — май 2010 г.

В пасхальные дни, как и в Рождество, Церковь постоянно говорит о мире. Впрочем, и мир, сколько существует, не только сегодня, также говорит о мире. Но кончается все, как известно, «унынием народов». Все идет, как сказал еще древний пророк: «Мир, мир, говорят они, а мира нет». Остается только со страхом ждать исполнения другого пророчества: «Когда скажут: мир и безопасность, тогда внезапно постигнет их пагуба. И не избегнут». А Христос говорит: «Мир даю вам, не так как мир дает, как Я даю». Вопросы у меня такие. Есть ли хоть какой-то смысл даже в самых искренних усилиях тех, кто не знает Христа, достигнуть мира на земле? Имеет ли какое-то отношение Христов «мир, всякий ум превосходящий» к нашему бренному, не касающемуся неба, существованию? Не дано ли Христово обещание мира только верным Его ученикам, а остальной, как видим мы сегодня, весьма значительной части человечества уготовано довольствоваться надеждой на «мир во всем мире»?

В. И. Аманов, г. Коломна

Христос стал посреди учеников и сказал: «Мир вам». Тот, Кто поставил Себя в этот день посреди Своих учеников, занял центральное место в мире, взойдя на престол, по праву принадлежащий Ему. В сердце человеческой истории. Для всех людей, всех народов и всех времен, для всей земли, для мира видимого и невидимого Господь пожелал этого мира, принес его и дал его.

В этот день Господь распятый и воскресший со властью занял место посреди всего человеческого рода, который то пляшет от радости, то печалится до смерти, посреди глупости и мудрости, посреди тех, кто слишком уверен в себе и кто слишком боязлив, посреди верующих и неверующих, потому что Он Господь всяческих. Посреди всех болезней и природных катастроф, всех войн и революций, договоров о перемирии и разрывов их, посреди всех наших достижений и застоев, и упадка, посреди всего человеческого несчастья невинного или заслуженного, Он явил Себя и открыл Себя, как Тот, Кто был, Кто есть и Кто будет: «Мир вам», и показал руки и ребра Свои. Посреди стольких трав и очень сорных трав, это зерно было посеяно в этот день, и созрело, обещая великую жатву.

Этим днем мы хвалимся: то, что произошло в этот день, остается центром, вокруг которого все движется, из которого все исходит и к которому все возвращается. Существует много светов, истинных и ложных, ясных и тревожных, но этот свет будет гореть дольше всех. Он будет гореть, когда все остальные завершат свой срок и погаснут. Ибо для всякой вещи есть свое время, но любовь Божия, которая была при создании мира и явилась воскресением Иисуса Христа из мертвых, будет длиться вечно. Оттого что она явилась однажды, нет оснований для отчаяния, есть все основания для надежды, даже когда мы читаем газеты со всеми их внушающими ужас новостями, даже по поводу этой истории с тысячью тревожных перспектив, которые мы называем историей мира.

Так Христос, Единственный великий Ходатай пред Богом за род людской, воскресший из мертвых, стоит среди Своей Церкви, в центре жизни каждого человека и истории мира. И отсюда Он произнес и произносит: «Мир вам», первое и последнее Слово.

Когда нам дается благодатно пережить Пасху Христову, мы испытываем потрясение. Все земное меркнет и даже как бы исчезает. Мы буквально охвачены огнем любви ко Господу и готовы расцеловать всех людей в христосовании с ними. Но, увы! Слишком скоро приходится нам убедиться, что как небо отстоит от земли, так наша жизнь от того, что мы пережили.

Д.И. Пышков, г. Петрозаводск

По нашим непосредственным человеческим представлениям, если бы кто возвратился на землю из мертвых, не должен ли он сообщить всему миру о своих чрезвычайных откровениях? Не должен ли с презрением отвергнуть серую обыденность земной жизни и указывать всем на высочайшую тайну как на недоступную звезду? Но ничего подобного как будто не происходит с воскресшим Господом. Напротив, какую простоту Его мы видим в Евангелии от Иоанна, когда Он является Своим ученикам, которые всю ночь ловили рыбу и не поймали ничего (Ин. 21, 1—19). Какая кроткая и сияющая эта простота — по образу дня, восходящего над берегом Тивериадского озера. «Иисус стоял на берегу» — и этим все сказано. Он стоял там, где ученики трудились напрасно всю ночь. Он там, где они, и Он заботится о них. Он приближается, берет хлеб и дает им, также и рыбу.

Как достигнуть нам радости наслаждаться непосредственностью этой любви, вкушать присутствие воскресшего Господа на берегу нашей жизни, наших трудов, наших поражений? Ослепительность этой встречи может обратить нашу неверность и нашу теплохладность во взволнованное исповедание веры, которое Петр произносит от имени всех нас: «Господи, Ты все знаешь, Ты знаешь, что я люблю Тебя». Разумеется, мы любим слишком слабо и слишком мало. Разумеется, наши дела слишком часто обличают во лжи наше сердце. Но несомненно верно одно: как ученики Христовы, мы любим нашего Господа. В свете Воскресения мы дерзаем говорить о нашей любви. Предаем Ему нашу убогую и искреннюю любовь, чтобы Он принял ее, очистил ее и дал ей вырасти до измерения вечности.

Что, на Ваш взгляд, должно быть главным ориентиром для только что переступивших порог храма? Как заложить им прочное основание новой жизни?

А. Вьюкова, г. Сергиев Посад

Самое главное в жизни христианина — слушать, что Христос говорит. Эта первая и наибольшая заповедь: «Слушай, Израиль!» И глас Отчий на горе Преображения: «Того послушайте!» Одна из самых серьезных трудностей сегодня среди тех, кто причисляет себя к Православной Церкви, — они часто не знают, что Христос говорит и чему Церковь учит. На самом деле все обстоит гораздо хуже. Часто люди имеют весьма ошибочное представление о том, что говорит Христос и чему Церковь учит. Так возникают суеверия, ереси, так возникают клеветы на Церковь и гонения, так происходит массовое отступничество от веры. Первый шаг нормальной христианской жизни — дать Христу возможность быть услышанным нами.

Но, как известно, знание становится реальным только тогда, когда оно осуществляется в жизни. Можно быть семинаристом-отличником и даже профессиональным богословом, и не быть христианином. Знание должно стать действием, богословие — жизнью. Что толку идти к самому лучшему врачу или к специалисту в иной области, и не следовать их советам?

Вы помните Евангельскую притчу о двух родах строителей жизни: одни — мудрые, строящие на камне, другие — глупые, строящие на песке. Нам, христианам, понятно, сколь неразумны те, кто строят только для этого мира, как будто они всегда пребудут здесь, и не заботятся о будущей жизни. Камень — Христос. Церковь строится на этом камне — и всякий, кто входит в нее. На Христе, «на недвижимом камене заповедей» Его. Все, что вне Христа, — песок. Но и в Церкви можно внешне исповедовать православие, ходить в храм, произносить молитвы, как будто никому не причинять вреда, и все это может быть только песок — слишком слабый, чтобы удержать постройку. Ибо приближается буря, которая испытает, на чем основаны наши надежды. Пойдут дожди, разольются реки, подуют ветры, и налягут на дом тот; и он упадет, и будет падение его великое. Когда придут к нам скорби и тем более гонения за слово, тогда будет видно, кто слышал слово и исполнял его. Когда наступит смерть, тогда все окажется бесполезным для нас, кроме верности Господу. Чем выше поднимались наши надежды, тем ниже будет падение. Кто удовлетворяется одним слышанием слов Христа и не живет ими, тот уготовляет себя к самому страшному разочарованию. Единственно надежный путь для человеческой души — здесь, на земле, и в вечности — слышать и исполнять слово Христово. Той душе несомненно принадлежит благая часть, которая подобно Марии слушает у ног Христа слово жизни в готовности исполнить его. О, если бы каждому из нас дано было с самого начала сказать вместе с пророком: «Говори, Господи, раб Твой слушает Тебя».

Меня смущают слова Спасителя в Евангелии: «Не запрещайте ему», обращенные к апостолам по поводу человека, который совершает чудо именем Христовым, но не присоединяется к ним. Не означает ли это, что кто-то может спастись и вне апостольской Церкви? Не могут ли эти слова для кого-то служить подтверждением, что существует много разных путей ко Господу?

Пенчук О. С., г. Саратов

«Учитель! — восклицает исполненный ревности «сын громов» Иоанн, — мы видели человека, который именем Твоим изгоняет бесов, а не ходит за нами». Но Дух Христов дышит, где хочет, и мы не имеем власти ограничивать действие благодати Божией. Тем не менее, нам трудно понять, почему этот человек не присоединился к ученикам Господа. Мы можем только предположить, что у него не хватило решимости все оставить, чтобы следовать с ними. Его отделенность от них выглядела соблазном, и потому ученики запретили ему обращаться к имени Христову, пока он не присоединится к ним. Так склонны мы делать вывод, что вовсе не следует за Христом тот, кто не следует за Ним с нами. И что совсем не делает ничего хорошего тот, кто делает хорошее не так, как делаем мы. Но Господь знает Своих, даже если они еще «не двора сего» (Ин. 10, 16) и еще не наставлены в истине как должно. Господь сказал: «Не запрещайте ему». То, что добро, и то, что делает добро, не должно быть запрещено, хотя в этом делании могут быть изъяны и ошибки.

Господь дает два объяснения, почему не следует запрещать. «Во-первых, — говорит Он, — никто, сотворивший чудо именем Моим, не может вскоре злословить Меня» — подобно тому, как это делали книжники и фарисеи. Во-вторых, те, кто на самом деле ведет войну против сатаны под знаменем Христовым, должны воспринимать друг друга, по крайней мере, как союзников. «Ибо кто не против вас, тот за вас». А о нашем великом противостоянии врагу рода человеческого Господь сказал: «Кто не со Мной, тот против Меня» (Мф. 12, 30). Кто не хочет быть со Христом, тот — с сатаной. Но тех, кто хочет быть со Христом, следуя за Ним, хотя и не с нами, хотя и не имея полноты и чистоты веры, тот за нас. На эти слова Христовы ссылаются апологеты современного экуменизма. Но одно дело — постепенное восхождение ко Христу с постепенным преодолением своего неведения, и другое — упорное настаивание на заблуждениях, в которых присутствие отца лжи.

Речь не идет о такой современной «толерантности», которая означает равнодушное принятие каких угодно путей к Богу. И утверждение, что все духовности обладают только частичной истиной. Речь идет о благоговейном отношении к долготерпеливому и многомилостивому Промыслу Божию, раскрывающему все возможности познания истины для человека.

По крайней мере, Христос обещает награду всем, кто делает какое-либо добро Его ученикам. «И кто напоит вас чашею воды во имя Мое, потому что вы Христовы, истинно говорю вам, не потеряет награды своей». Честь и слава наша — в том, что мы Христовы, что мы принадлежим к Его воинству, к Его родству, что мы — члены Его Тела. Всякое подлинное добро должно совершаться ради Христа и ради тех, кто Христов. Только благодаря такому служению освящается всякое добро. И потому на нас, христианах, лежит ответственность за то, чтобы не разочаровались и не пришли в уныние ищущие Царства Христова, даже если они еще не во всем разделяют полноту нашего исповедания. Если Христос признает добро, сделанное нам, как служение Ему, мы должны признавать служение Ему как добро, сделанное нам. И поддерживать тех, кто устремляется ко Христу, даже если они еще не ходят с нами.

Протоиерей Александр Шаргунов

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *