Ответы на вопросы читателей журнала «Русский Дом» — декабрь 2011 г.

Во многих статьях, в том числе в «Литгазете», в «Независимой» яснее ясного показано, что так называемые выставки сатанистов (во всем мире, не только в России) не имеют абсолютно никакого отношения к творчеству, к искусству. И все-таки, не являют ли эти кощунники некий симптом того, что все более в последнее время прорывается под видом литературы и искусства?

И. Грушев, г. Томск

Не хотелось бы уклоняться от главной темы. Но действительно выставки типа «Осторожно, религия!» или «Запретное искусство» синтезируют — в предельной степени — то явление антикультуры, которое все наглее заявляет о своих правах под видом художественного творчества. Антикультуры, уготовляющей пришествие антихриста. Главным критерием здесь является уже не талант, а кто громче и неприличнее что-либо изобразит. Кто кого переплюнет в непристойностях. Жизнь со всей сложностью — только приложение к половому акту. Все остальное — старость, детство, талант, страдания, весь Божий мир, все Божии дары — ничто. Все можно растоптать. Единственное что есть на пьедестале и к чему они относятся с уважением — это острота от переступания всех границ. Все не всерьез, нет ни жизни, ни смерти, ни любви, ни деторождения. Иллюзорный мир, в котором нет ни ответственности, ни судьбы. Тема непристойностей довольно быстро исчерпывается. Что дальше? Начинают описывать каннибализм в подробностях. Публика перестает на это реагировать? Оглушим ее богохульством. Это уже шабаш, беснование, выплеснутое в общество, попытки распространить заразу везде. Мы начинаем понимать, почему сатана называется врагом рода человеческого, а также человеконенавистником и человекоубийцей от начала, как он ненавидит Бога и хочет уничтожить всех людей. И как опасны для рода человеческого слуги диавола.

«Бывают обстоятельства, когда Церковь должна ударить бичом», — пишете Вы в книге «Последнее оружие». Золотые слова! Как важно обратить внимание на это! Потому что Сам Христос берет бич и ударяет. Редко в Евангелии можно встретить такое. Мы знаем Христа — всегда спокойного, кроткого, любящего, исполненного бесконечной доброты. Ничего подобного здесь нет. У нас несомненное ощущение, что Он — в гневе. Чем объясняется этот гнев? Ревностью о доме Божием, огнем всецелой отдачи Себя Отцу Небесному, чтобы служение, подобающее храму, не было искажено. Да, мы должны всегда учиться кротости и смирению Христову. Но разве не следует нам учиться также, особенно сегодня, когда все без конца говорят о необходимости быть терпимыми, этой пламенеющей ревности Господней, о которой свидетельствует Евангелие?

В.И. Костюк, г. Бузулук

В жизни есть вещи, которые можно терпеть, и есть вещи, которые терпеть нельзя. Надо научиться терпеть терпимое и восставать против нетерпимого. Многое оказывается сегодня терпимым из-за слабости и трусости. Вот первое, что мы должны извлечь из этого Евангелия. Правильно понять его и сделать конкретные выводы. Очевидно, их может быть немало.

Наша первая реакция естественно будет — оглядеться вокруг, чтобы увидеть, что не так, что недопустимо и нетерпимо. Но мы не должны удовлетворяться словесным обличением и осуждением. Надо также увидеть, что мы можем сделать, чтобы исправить это зло. Это самое трудное и самое необходимое. Так поступает Христос. Он берет в руки бич и изгоняет торговцев из храма. Он знает, что это не вызовет ни у кого восторгов. Скорее ненависть. Тем не менее Он делает так. Он должен так делать. Необходимо уметь сражаться против того, что нетерпимо и недопустимо вокруг нас. Это прекрасное сражение. Оно необходимо, и оно требовательно. Мы должны учиться вести его.

Но это не единственное сражение, которому мы должны научиться. Есть и другое — еще более необходимое, еще более требовательное. Это сражение с самим собой. Бескомпромиссная борьба с тем, что противоречит образу Божию в нас, искажает его. Чтобы вести такую борьбу, надо прежде познать себя — узнать то, что в нас должно быть искоренено и что должно быть насаждено. Бесполезно бороться против того, что невозможно победить. Апостол Павел очень хотел избавиться от «жала в плоть» (2 Кор. 12, 7). Но это было сражение, заранее проигранное. И ему пришлось принять эту непрестанно мучающую его занозу, научиться жить с ней и извлекать из нее пользу. Господь сказал ему: «Довольно тебе благодати Моей, сила Моя в немощи совершается». И апостол понял, что бесполезно ему сражаться против этого жала. Он должен был увидеть в нем смысл, потому что оно хранило его в смирении. Бесполезно сражаться непонятно с чем. Надо сражаться с различением, зная свои силы и свои слабости, всецело уповая на подаваемую благодать. Это вопрос рассуждения и стратегии. Так поступают те, кто занимается торговлей. Вы помните это сравнение преподобного Серафима Саровского в беседе с Мотовиловым о стяжании Святого Духа. В нашем стремлении к духовному росту, говорит он, необходима стратегия. Велико искушение не принимать слишком серьезно призывы к покаянию, к изменению жизни, к борьбе со злом.

Чтобы исполниться решимости противостоять нашей расслабленности, мы должны помнить: Бог благ. Он — сама благость. Означает ли это, что мы можем легкомысленно поступать? Истинно, что Бог благ, что Он — сама благость. Но Он также — непрестанное требование. Он требователен к нам, потому что Он благ, потому что Он любит нас. Любовь, которая требует мало, — слабая любовь, не имеющая глубины. Это маленькая любовь. Любовь Христова — Божественная — широкая, крепкая, бесконечная. Вот почему Бог требователен. И мы должны постоянно испытывать себя, соответствует ли наша жизнь ожиданиям Божиим.

Что такое политкорректность? Имеет ли это какое-то отношение к Церкви?

Раиса Латушкина, г. Харьков

Политкорректность — запрет критиковать что-либо, чтобы не шокировать тех, кто придерживается «нетрадиционных взглядов». Это совершенно новая ситуация в мире, к тому же отягчаемая в некоторых странах предвыборными расчетами. Под предлогом борьбы с дискриминацией требуют строгое наказание за нападки на «нетрадиционалов», поскольку это затрагивает некую часть населения.

Что можно по этому поводу сказать? Нам говорят, что гомосексуалисты имеют право, как все граждане, быть защищенными законом. Всем нормальным людям ясно, что между этим законом и нравственным законом — непроходимая бездна. Но нас приучают жить по небывалым до сих пор в истории человечества понятиям. Более того, извращенцы не останавливаются на достигнутом. Существование гомосексуалистов легализовано государством. Однако естественно задать вопрос: разве это означает, что следует создавать для них особые условия? Эта концепция демократии, которая признает такого рода плюрализм, не есть ли начало гонений на христиан? Она еще не загоняет верующих в катакомбы, не бросает исповедников истины во рвы со львами. Но христиане молча вытесняются.

Пользуясь свободой мнений, мы можем говорить от своего имени. У нас есть своя история. Все достижения культуры России связаны с православием. Возможно ли не считаться с религией, которой придерживается, пусть на разном уровне, большинство в нашем Отечестве? Здесь с самого начала — идентичность нашей страны, наследницы более чем тысячелетней истории, освященной молитвами святых, омытой кровью бесчисленных мучеников. Кроме того, христиане несут ответственность за всех — в том числе за тех, кто «не двора сего», и в том числе за тех, кто открыто попирает свое человеческое достоинство. Церковь — нравственный центр мира, и православные христиане должны иметь возможность выражать свое отношение везде, где так или иначе затрагиваются нравственные проблемы. В стране, где согласно официальной статистике — миллионы ежегодно убиваемых прежде рождения и растлеваемых по рождении детей, и миллионы детей, не умеющих ни читать, ни писать, где массовая детская наркомания и алкоголизм, и детская проституция, где по числу детских самоубийств мы прочно занимаем первое место в мире, — кто смеет мешать Церкви говорить, утверждать свои принципы, формулировать свои взгляды? Христианство, православие должно быть слышимо всем. И видимо всеми.

Что ждет нас в недалеком будущем? Вы сами любите приводить слова святых отцов: необыкновенное развитие всего вещественного, и при этом есть нечего будет. Как нам к этому готовиться?

О.Г. Самсонова, Псковская обл.

Молитвой и самой главной молитвой «Отче наш». И жизнью, согласной этой молитве. В молитве Господней прежде всего раскрывается совет Божий о нас, замысел Отца Небесного, и только потом — наши собственные желания. Господь сводит их к трем — хлеб, прощение, свобода от зла. Мы читаем в Евангелии: «Хлеб наш насущный подавай нам на каждый день». Это очень скромное прошение, без всяких претензий, определяющее, как мы должны мыслить о богатстве. Господь без конца говорит, что мы не должны заботиться о завтрашнем дне. Так было всегда. Еще в пустыне во время исхода народ Божий не мог запастись манной на несколько дней вперед (Исх. 16, 4). Греческое слово «насущный» во всем Священном Писании употребляется только здесь. Святые отцы говорят, что в этом слове — тайна, связанная с нашим приобщением Богу. И в книге Притчей сказано: «Господи, не дай мне ни нищеты, ни богатства — дай мне то, в чем я нуждаюсь». Или как говорил святитель Филарет Московский: «Не прошу у Господа ни креста, ни утешения, но да будет воля Твоя». Может быть, молитва «Отче наш» — самая трудная молитва. Молитва всех тех, кто живет от дня ко дню. Говоря «Отче наш», я не имею права просить о хлебе насущном только для себя. «Хлеб наш насущный подавай нам на каждый день». Если моя молитва неложна, она влечет меня разделить мой хлеб с теми, у кого его нет.

Любить врагов — кто может, положа руку на сердце, это исполнить? Иными словами, как может такое быть, чтобы не было у нас врагов?

Е.А. Шумилин, г. Муром

Но мы видим эту любовь в святых, особенно в мучениках. Между прочим, Христос не говорит, чтобы у нас не было врагов. У Него Самого их было множество. Мы должны предлагать Его дар всем, но не удивляться, когда одни повернутся к нам спиной, а другие ответят открытой ненавистью. Мы не можем ждать большего, чем наш Господь, и мы знаем, как поступили с Ним. Потому мы должны любить тех, кто восстает против того, что есть Христово в нас. Мы должны молиться за наших гонителей. Подобно Самому Богу, христиане не должны исключать никого из своей любви. Наши обстоятельства едва ли могут быть более тяжкими, чем быть пригвожденными ко Кресту.

Как достигнуть такой любви? Только Самим Христом. Только приобщаясь Ему, только идя путем, который Церковь называет заповедями блаженства. Седьмая и восьмая заповеди, завершающие ступени нашего духовного восхождения, гласят: «Блаженны изгнанные за правду, ибо их есть Царство Небесное. Блаженны вы, когда будут поносить вас и гнать и всячески неправедно злословить за Меня». Бог благословляет этот путь, который Он Сам прошел. Он все глубже приобщает нас Своей тайне соединения любви к Богу и к человеку. Никто не в состоянии своим собственным разумом понять заповедь о любви к врагам и тем более исполнить ее своими собственными силами. Но нам дается эта заповедь и вместе с ней дается благодать Христова Креста и Воскресения. Все заключается в том, чтобы мы не препятствовали благодати Духа Святого возрастать в нас до бесконечности.

Протоиерей Александр Шаргунов

Добавить комментарий

%d такие блоггеры, как: