Ответы на вопросы читателей журнала «Русский Дом» — апрель 2013 г.

Вы часто пишете, что фарисейство — главный враг нашей веры. То, как оно проявилось по отношению ко Христу, будет проявляться и по отношению к Церкви. И чем дальше, тем острее обнаруживаться внутри самой Церкви. Все человечество заражено этой болезнью. Но как оно может исцелиться от нее? На что может надеяться человек, если его отношение к высшим ценностям, и к Самому Богу, исполнено самоутверждения и неправды?

А.И. Голубкина, г. Курск

Всякий грех, тем более ложь и лицемерие, врачуется только подлинной верой в Иисуса Христа, единственного Врача душ и телес наших, единственного Спасителя всех людей. И жизнью по вере. Это означает, прежде всего, наше участие в том, чем живет Церковь. Возьмите, например, Великий пост, который существует для того, чтобы подготовить нас к вхождению в Страстную Седмицу. Страстная седмица — это испытание, насколько подлинна наша вера. Все ее подробности имеют значение. Для Господа, для Церкви и для каждого из нас.

Мы видим, что кабалистические интриги фарисеев против Господа нарастают. Эти состязания в красноречии, которым посвящают свою жизнь раввины, со всеми их хитросплетениями, могут показаться кому-то абракадаброй. Но нам они напоминают, что Страсти Христовы начинаются задолго до Его взятия под стражу. Он должен все чаще скрываться, уходить от опасности. Он едва избегает побиения камнями за исповедание Себя Сыном Божиим. Он предельно измотан еще до суда над Ним. Какой была Его молитва в эти дни, в восхождении ко Кресту, о любви к врагам, о безусловном прощении? Мы не думаем об этом, но таковыми были уже теперь распинающие Его испытания Страстных дней.

Господа пытаются уловить ложной верой. Она заключается в том, чтобы Господь отказался от истины, переворачивающей то, что было общепринятым. Врагам надо навести мрак там, где должен быть свет — ясное сознание и чистая совесть. Все средства хороши — только бы не быть искренними: все окольные пути, любые увертки, любые софизмы. Добрая вера, напротив, характеризуется открытостью ума, благожелательным расположением к истине и правде, даже если они нам мешают. Фарисеи ожесточаются в своем ослеплении, а мытари и грешники веруют во Христа.

Мы должны понять, какой дерзостью и богохульством для иудеев того времени представлялось исповедание Господа. «Будучи человеком, — обличают Его иудеи, — Ты делаешь Себя Богом». Между прочим, это же является камнем преткновения и соблазна сегодня не только для иудеев, но и для мусульман. Здесь существенная разница между христианством и всеми другими религиями. Только мы, христиане, имеем дерзновение провозглашать: Иисус Христос — Сын Божий, истинный Бог и истинный Человек. Для нас, крещеных во имя Отца и Сына и Святого Духа, это не какой-то отвлеченный догмат, а сокровенная реальность, придающая смысл нашей жизни. Мы знаем, что все Божественное во Христе проходит через человеческое. Он — единственный мост, соединяющий Бога и человека. Единственный Первосвященник, приносящий Себя в жертву на Кресте, ради нашего вечного освящения.

 

Почему Крест — орудие казни и смерти — может быть славой Божией?

Леонид Кузин, г. Самара

Крест Христов — «для иудеев соблазн, а для эллинов безумие» (1 Кор. 1, 23). «Что такое отец, который нуждается в страданиях и жертве своего сына, чтобы утишить свой гнев? — говорят они. — Это чудовище и садист. Что такое человек, который ищет страдания и смерти? Это мазохист». Они правы в своих рассуждениях, эти не знающие истинного Бога люди. Но вот мы слышим, как святитель Григорий Богослов повторяет почти буквально те же слова, предупреждая христиан, сколь опасно и даже кощунственно может быть непросвещенное Духом Святым слово о Кресте. Как будто страдания и смерть сами по себе ценны, и Христос Сам решил пострадать и умереть, а Его осуждение и смерть совершились по указанию тех, кто говорил от имени Бога. Наш Бог — Отец, Сын и Святой Дух — это любовь непостижимая, бесконечная, все превосходящая. Эта любовь явлена на Кресте, и сама сила Креста, говорит Христос, влечет к себе. Но что же должны делать мы, христиане, чтобы передать любовь Христову миру?

Поклоняясь Кресту Христову, мы должны знать, что здесь не только непостижимая тайна, но и то, что просвещает нас предельно разумным видением всего происходящего в мире. Почему Крест — орудие казни и смерти — может быть славой Божией? Каким образом виселица, сосредоточие пыток, может быть славной? Веруем и исповедуем, что Крест — это слава Божия, что Крестные Страсти и смерть Христова спасают нас, что Его смерть дает нам жизнь и что Он был послушен Своему Отцу, вольно умирая на Кресте. Крест — исполнение двуединой заповеди о любви к Богу и человеку. Задумаемся об этом: отделение одной заповеди от другой есть не что иное, как упразднение Креста. Умалить смерть Иисуса Христа до жертвы чисто религиозной — соблазн и искушение, ибо это позволяет стыдливо замазать новизну и вдохновение Его благовестия. Это значит утаить подлинные, вполне реальные причины Его смерти и превратить Бога в языческого бога, который удовлетворяется жертвами, кровью и смертью. Отделить смерть Христа от всей Его жизни, от Его дел, от Его проповеди и исказить Евангелие. Заблуждение думать, что слушание и чтение Евангелия возможно в чисто религиозных понятиях, превращая при этом в абстракцию исторические, общественные, психологические, культурные и прочие конкретные аспекты жизни. Чтобы не предать само благовестие Христово, мы должны помнить, что Боговоплощение — это вхождение Бога, ставшего человеком, в нашу жизнь во всей ее полноте и реальности.

В течение веков Израиль ждал своего Мессию, своего освободителя. Страна шаталась под ударами то одних, то других соседей. Армии оккупантов сменяли друг друга. В эпоху земной жизни Христа римские легионы господствовали над Иудеей. Против них постоянно вспыхивали не приносившие успеха бунты. Вся власть была в руках религиозных вождей, контролируемых римским прокуратором. В собрании, именуемом синедрионом, были представлены различные направления в лице фарисеев и саддукеев. У каждого из них были свои идеи и свои представления относительно пришествия Мессии. Партия саддукеев сползала в откровенный атеизм. Партия фарисеев с ее неоспоримым героическим прошлым выступала в роли хранительницы закона, религии и независимости Израиля. Но все более погружалась в невыносимое и в конце концов преступное законничество.

В этой атмосфере живет Господь и осуществляет Свое служение. Он возвещает Царство Божие, силу духовного освобождения и любви: «Царство Божие посреди вас!» Оно там, где нашим участием и милостью Божией нищий принимается в своем человеческом достоинстве, где голодному дается пища, заключенному в темнице освобождение, больному исцеление, страннику кров, кающейся блуднице прощение. Христос зовет увидеть лицо Божие во всех нищих, исключенных из общения, отвергнутых. «Все, что вы сделали одному из малых сих, вы сделали Мне» (Мф. 25, 40). Своими словами и Своими поступками Он вступает в столкновение со всеми защитниками закона и официальной религии. Христос не хочет противостоять им силой, ибо это противоречило бы Его собственному благовестию. Он противостоит им только любовью. Все власти Израиля как с цепи сорвались против Него. Взятие под стражу и осуждение на смерть становятся неизбежными, не потому что Бог нуждается в смерти Своего Сына, не потому что Христос хочет умереть мучеником. Но потому что, отказываясь замолчать, Он вызывает небывалое смятение в умах и сердцах людей и угрожает общественному порядку, предельно хрупкому и шаткому. Христос повинуется Отцу — в том смысле, что идет до конца в Своем служении, зная, чем Он рискует. Принимая этот риск, Он предпочитает быть гонимым и убитым, нежели отказаться говорить то, что Он должен говорить и делать то, что Он должен делать. Политическая власть Израиля и синедрион с помощью римского прокуратора приходят к согласию, что Христа необходимо устранить, чтобы Он не мешал. В 15.00 (по нашему современному исчислению) в пятницу все закончится, и в Иерусалиме будет восстановлен порядок. Бог Сам по Себе, а их религия сама по себе.

Эти гонения, взятие под стражу и осуждение на смерть Христа властями Его страны ни в коем случае не должно освобождать нас от нашей ответственности за произошедшее. Было бы слишком легко взвалить всю вину на Иуду, на первосвященника Каиафу, на синедрион и на Пилата. Прежде чем быть иудеями, фарисеями или римлянами, предающие смерти Христа были просто людьми — в человечестве, к которому мы принадлежим. Как Адам, они представляют всех нас, ибо сегодня, как и вчера, пророки любви — те, кто мешает, и они по-прежнему и всегда будут гонимы и порой убиваемы в полном согласии с нами, с нашей трусостью и нашим молчанием. Господь паки распинается и умирает на наших крестах, а мы проходим мимо, не видя Его.

Смерть Христа — по видимости поражение. Поражение Бога, любовь Которого и слово люди отвергли. Поражение человечества, не принимающего единственно возможного пути к истинной жизни, и не только не узнающего своего Бога, а отвергающего и убивающего Его. Но в третий день все перевернется, все станет иным. Ибо Тот, Кого предали суду, осудили и казнили, решительно восстает. Слава Креста, незримая для мира, становится зримой. Христос воскрес из мертвых. Тот, Кого, казалось, уничтожили, победили, смирили, возвращается Победителем. Силы зла и смерти были уверены, что они произнесли последнее слово. Но как они посрамлены! Поклоняться Кресту Христову значит поклоняться победе воскресения над смертью, победе любви. Царство Божие открывается только следованию за Христом по пути любви и узнавания, что Любовь сильнее всего.

Но что делаем мы, принося наше поклонение Кресту? Христос говорит, что мы должны искать не просто Царства Небесного, но и правды его. То есть не просто все исполнять, ходить на богослужения, а выйдя из церкви, заниматься своими делами, и думать при этом: молитва молитвой, а дела делами. Именно в этом случае величайшая религия — вера истины — превращается в суеверие. Можно поклоняться Кресту Христову и жить, как будто Христос не приходил. Необязательно быть на стороне зла — нет, желать добра и даже высшего добра — Христовой любви, но когда дело дойдет до цены, предпочесть остаться в этом падшем, отпавшем от Бога мире, где смешаны добро и зло, правда и ложь, жизнь и смерть. Христос пришел к мир, чтобы навсегда отделить одно от другого. Разумеется, у нас нет ни сердца, ни воли, ни сил последовать Христу, но любовью Христовой, Его Крестом открывается, каким должно быть наше покаяние. Любовь Христова — свет, в котором нет никакой тьмы, и наше покаяние в конце концов должно стать совершенным приобщением этому свету. Малейшая нераскаянная тьма — и все, что было изгнано вон Крестом, немедленно возвратится назад с черного входа. Если вера наша что-то значит для нас, она должна быть для нас всем. Кто не хочет принять Крест на этих условиях, может отказаться от него к собственной погибели.

протоиерей Александр Шаргунов

апрель 2013 г.

Добавить комментарий

%d такие блоггеры, как: