Память о смерти есть память о Боге

Слово в Неделю 27-ю по Пятидесятнице

Мы слышали Евангелие о человеке, который строил прожекты, как разбогатеть и расширить свои житницы, не думая ни о ком и ни о чем, кроме как о себе. И вот, внезапно разбогатев, он потерял голову и воскликнул: «Скажу душе моей: душа, много добра лежит у тебя на многие годы. Покойся, ешь, пей, веселись». Но Бог сказал ему: «Безумный! в сию ночь душу твою возьмут у тебя, а то, что ты собрал, кому достанется?» Так будет со всяким, заключает Христос, кто собирает сокровища для себя, а не в Бога богатеет.

В Бога богатеть — значит богатеть Богом. Жить жизнью, какую Бог хочет дать нам, а не той, какой мы сами хотим, как это было у безумного богача. Бог не бывает отсутствующим в нашей жизни ни на одно мгновение. Но мы забываем об этом, и все наши несчастья происходят по этой причине. Мы не умеем сказать Богу в любой момент: «Да будет воля Твоя!», оттого что нам недостает подлинной веры и подлинного доверия Богу.

Сейчас Церковь снова готовит нас к празднику Рождества Христова, чтобы напомнить нам, что жизнь наша имеет смысл и ценность одним только фактом — что Бог живет нашей жизнью. Оттого что Бог воплотился, оттого что Он стал человеком, хрупким и смертным, как мы, Он поистине живет каждое мгновение нашей жизнью. Он присутствует в нашем рождении Своим Рождеством. Он живет нашими страданиями, самыми непереносимыми, в нашей Гефсимании и на нашей Голгофе. Бог участвует в нашей смерти в час, когда у нас ночь наступает среди полудня, в нашу Великую Пятницу.

Наконец нам, христианам, дано радостное ожидание Христа во Втором Его Пришествии — победы жизни над смертью, Царства Божия над властью сатаны. Мы знаем, что значит Его Воскресение, наша Пасха. Что значит Причастие Его Пречистого Тела и Крови и приобщение Святому Духу, Которого Он посылает Своим ученикам.

Поистине, коротко время нашей жизни, уготованное для нас Богом на этой земле. Но Сам Бог, Который дает человеку дыхание жизни, премудро содержит в Деснице Своей эту тайну. «Ты возвращаешь человека в тление и говоришь: «возвратитесь, сыны человеческие!» Ибо пред очами Твоими тысяча лет, как день вчерашний, когда он прошел, и как стража в ночи», — говорит псалом (Пс. 89, 4—5).

Мы понимаем, вернее — мы не можем понять, насколько хрупка и кратка человеческая жизнь перед Богом. Но апостол Петр, знающий тайну Божества Христова, внезапно переворачивает смысл этих слов. Чтобы показать, что во Христе Иисусе, воплотившемся в нашей смертной плоти, Бог может дать этой нашей человеческой эфемерности величие и невообразимую вечность. «Одно то, — говорит он, — не должно быть сокрыто от вас, возлюбленные, что у Господа один день, как тысяча лет, и тысяча лет, как один день» (2 Пет. 3, 8). Задумывались ли мы когда-нибудь, что один день нашей жизни может обрести пред Господом ценность тысячи лет?

Вся жизнь дается нам как возможность этого. И каждый день — как подарок от Бога, чтобы мы могли еще на один шаг приблизиться к Нему.

Один весьма почтенный пастырь рассказывал, как он беседовал с молодым человеком о смысле жизни.

— В чем для тебя заключается жизнь, и как тебе представляется твое будущее? — спросил он его.

— Я собираюсь закончить институт, — ответил тот.

— А потом?

— Займусь бизнесом.

— А потом?

— Надеюсь разбогатеть.

— А потом?

— Буду жить в свое удовольствие, и продолжать трудиться.

— А потом?

— Состарюсь и буду наслаждаться покоем, имея все необходимое.

— А потом?

— А потом умру.

— А потом? — был последний сокрушительный вопрос.

Мы должны дорожить временем — жить, «искупующе время, яко дние лукави суть» (Еф. 5, 16). Этот юноша, как и безумный богач, не помнит о смерти или старается не думать о ней. Не потому ли, что память о смерти есть память о Боге? И всякий, даже не сознающий этого человек, все человечество изо всех сил пытается вытеснить ее — какой-нибудь деятельностью, наслаждениями, вином — чем угодно. Но Бог напоминает о Себе, и над «долиной плача», где мы живем, постоянно проходит «тень смерти».

В этом кратком времени между нашим рождением и нашей смертью мы свободны жить, как нам нравится. Однако печальна участь того, кто «не в Бога богатеет». Не об этом ли говорит Екклесиаст: «Участь сынов человеческих и участь животных — участь одна; как те умирают, так умирают и эти, и одно дыхание у всех, и нет у человека преимущества пред скотом: потому что все — суета» (Еккл. 3, 19).

На самом деле эти слова Писания, означают только, что время человека на земле, как и время всякого творения, ограничено концом, смертью. Однако смерть — не последнее слово. Да, человек — это животное. Но не только животное. Он может стать только животным, отрекаясь от Бога, по слову псалма: такой «человек в чести не пребудет, он уподобится животным, которые погибают» (Пс. 48, 13). А святитель Василий Великий говорит, что человек — это животное, которое получило повеление стать богом.

Скорбное слово Екклесиаста — чаяние Спасителя человеческим родом. С пришествием Христа все изменилось. Мы по-прежнему живем в ограниченности нашей свободы — в жизни, которой постоянно угрожает смерть. Но одновременно — в благодати, которую предлагает нам Христос, Победитель смерти. Вот почему жизнь каждого из нас, говорят святые отцы, является уникальной возможностью существовать во времени, которое дано нам Богом. И каждая человеческая жизнь обладает уникальной единственностью. Несмотря на то, что каждый из нас — смертен. Точнее сказать, именно благодаря тому, что смертен. И потому может приобщиться высшему смыслу в Боге, ставшем смертным человеком и победившем смерть.

Жизнь дается только один раз, говорит слово Божие. В отличие от индуистов и буддистов, которым кажется, что незачем спешить делать добро, потому что у них будет бесконечное число возможностей начать все сначала. Только один раз — что это значит в действительности? Один раз — значит только один раз, исключительно этот раз. И не будет второго раза. Только этот раз, и никогда не будет другого. Это не может не потрясать живую человеческую душу.

Слово Божие нам говорит: «Научи нас так счислять дни наши, чтобы нам приобресть сердце мудрое» (Пс. 89, 12). Чтобы стать мудрыми, нам надо помнить, что нам надлежит умереть. Мы должны научиться так счислять наши дни, чтобы приобрести память о смерти. Да, воистину память смерти для христианина есть память о Боге. Центральный и решающий критерий неложной веры — исчезновение страха смерти. Жизнь дается только один раз, и в этом ее великое значение и незаменимое достоинство. В этом — наша связь с тайной однажды воплотившегося Бога. И остается только одно — предавать себя Богу всегда, каждый шаг быстротекущей жизни. Как если бы каждый шаг был последним, как если бы в следующее мгновение оказалось слишком поздно. Как если бы я должен был предстать через минуту пред Богом и отдать Ему отчет в том, кем я стал в конце концов. Все это означает — бодрствовать. Мысль о смерти — совсем не то, что парализует. В ней устремленность к радости жизни, которую может дать только Бог. Вдохновение и решимость не пожалеть никаких трудов на земле для ее приобретения.

В противоположность безумному богачу из евангельской притчи Господь призывает, чтобы мы «поступали, не как неразумные, но как мудрые» (Еф. 5, 15). Сознаем ли мы, что нам дано приобрести и чего мы можем навеки лишиться? Ибо время существует для того, чтобы приобрести на него вечность.

Протоиерей Александр Шаргунов

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.