Куда ведет дорога Илии

Слово в день памяти святого пророка Илии

Пророк ИлияВ Священном Писании, в книге Царств мы видим как бы два различных образа пророка Илии. Один — тот, кто одерживает над пророками Ваала потрясающую победу и другой — тот, кто вскоре после этого желает умереть. Он один одолел всех врагов, а теперь он — в отчаянии. В пустыне, сидя в тени можжевелового куста, он произносит слова, которые заставляют нас надолго задуматься: «Я не лучше отцов моих» (3 Цар. 19, 4). Он размышляет о том поколении, которое исчезло в пустыне во время Исхода из-за своей неверности Богу. Он просит смерти себе. «Довольно уже, Господи, возьми душу мою».

Царица Иезавель, у которой он истребил языческих пророков, поклялась отомстить ему, и послала к нему вестника сказать об этом. Чтобы спасти свою жизнь, Илия отправляется в пустыню. На первый взгляд, его молитва — вопль человека, спасающегося бегством от угрозы смерти. Но при более внимательном рассмотрении открывается большее. Не на финикиянку Иезавель жалуется Илия Богу, он обвиняет свой народ: «Оставили Твой Завет, пророков убили мечом, я остался один». Эта жалоба повторяется дважды в тех же самых словах. Бог отвечает ему обещанием, что Он оставит семь тысяч в Израиле, верных Ему. Речь идет не столько об опасности, угрожающей Илии, сколько о неудаче его служения. Это не может не удивлять нас, поскольку чудо, совершенное им на горе Кармиль, возвратило израильтян, поклонявшихся языческому Ваалу к истинной вере. Илия привел их ко Господу, но насколько прочно их обращение?

Для нас очень важно осознать это состояние Илии, в котором он кажется совершенно другим, чем он был в дни явления своей великой силы. В жизни Моисея также были подобные испытания, доходящие до желания умереть. Три века спустя Иеремия дойдет до того, что будет жалеть, что родился.

Илия не всесилен: он умер бы без ворона, и очевидно также без вдовы из Сарепты Сидонской. На этот раз ангел, прикоснувшись к нему, будит его и предлагает ему пищу: «Встань, ешь». Илия ест, но не встает. Не то чтобы у него не было сил, скорее к нему еще не вернулось желание жить. В Библии мы нередко встречаемся с таким: человек, не желающий жить, не желает больше есть. Однако неизвестно кем и как испеченные в пустыне лепешки делают свое дело. Видя, что пророк опять заснул, ангел касается его во второй раз и говорит: «Встань, ешь», и чтобы убедить его, добавляет: «ибо дальняя дорога пред тобою». Дорога? Какая дорога? Скоро мы узнаем об этом. А теперь видим только трудное утреннее пробуждение человека, который еще вчера при одном нашем взгляде на него заставлял нас думать о громе и молниях. «Встань!» — вот слово, которое каждый из нас всегда имеет возможность услышать повторенным более чем дважды.

Оттого что это повествование приближает Илию к нашему уровню, постараемся задуматься, каждый из нас, о себе, о своей жизни. Слишком дальней и долгой будет перед нами дорога, нам не осилить ее, если не придет ангел напитать нас.

Святые отцы не устают объяснять, что значит этот ангельский хлеб. Благодать молитвы, слова Божия, таинств, Евхаристии прежде всего. Во всяком случае, речь идет о потребности в помощи свыше, общей для всех людей. Она явлена по отношению к величайшему из пророков. Илия съедает свой хлеб и отправляется в путь. Мы не знаем еще, куда идет дорога Илии, но мы знаем, что она ведет к Богу. Да, но к какому Богу?

Ответ дается в другом видении. Илия вошел в пещеру и ночевал в ней. «Что ты делаешь здесь?» — сказал ему Бог (3 Цар. 19, 9). Великий пророк говорит в ответ о своей ревности о Господе Боге Саваофе, Боге небесного воинства, о мириадах всегда послушных Ему сил. Эта ревность его не принесла плода, «ибо сыны Израилевы оставили завет Твой, разрушили Твои жертвенники и пророков Твоих убили мечом» (и мы видим, что поистине пророчески был избран Илия одним из первых покровителей нашей русской Церкви в самом начале ее пути). «Остался я один, — говорит Илия, — но и моей души ищут, чтобы отнять ее». Так велика ненависть слуг диавола к Илии, так невыносимо для души пророка повсеместное торжество зла, — до полной невозможности жить среди него, — так непоколебима его верность Господу и ревность о славе Его, что Господь соделает его пророком победы над смертью, когда он живым взойдет на небо на колеснице огненной. «Выйди, — говорит ему Бог, — и стань на горе пред лицем Господним». Пророк выходит из своего убежища и стоит, оглушенный большим сильным ветром, раздирающим горы и сокрушающим скалы. «Но не в ветре Господь». Потом наступает землетрясение. Но Господа нет в нем. После землетрясения огонь, но не в огне Господь. И наконец веяние тихого ветра. Глас хлада тонка, Божественное молчание и тишина, которую не слышит никто, кроме тех, кто любит Господа больше жизни. Перед этим ангел кротко коснулся плеча пророка, а теперь голос кротости открывает ему, каков наш Бог. Жизнь человеческая проходит через бури и землетрясения, через огонь испытаний. Многими скорбями надлежит нам войти в Царство Божие. Их цель — приведение нас к истинному Богу, потому что в глубине их всегда слышен голос Христов: «Научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем».

протоиерей Александр Шаргунов

2 августа 2012 года

Save

Добавить комментарий

%d такие блоггеры, как: