Седмица 1-я по Пятидесятнице

Понедельник. День Святого Духа

Мф, 75 зач., 18, 10—20

Сказал Господь: смотрите, не презирайте ни одного из малых сих; ибо говорю вам, что Ангелы их на небесах всегда видят лице Отца Моего Небесного. Ибо Сын Человеческий пришел взыскать и спасти погибшее. Как вам кажется? Если бы у кого было сто овец, и одна из них заблудилась, то не оставит ли он девяносто девять в горах и не пойдет ли искать заблудившуюся? И если случится найти ее, то, истинно говорю вам, он радуется о ней более, нежели о девяноста девяти незаблудившихся. Так, нет воли Отца вашего Небесного, чтобы погиб один из малых сих. Если же согрешит против тебя брат твой, пойди и обличи его между тобою и им одним; если послушает тебя, то приобрел ты брата твоего; если же не послушает, возьми с собою еще одного или двух, дабы устами двух или трех свидетелей подтвердилось всякое слово; если же не послушает их, скажи церкви; а если и церкви не послушает, то да будет он тебе, как язычник и мытарь. Истинно говорю вам: что вы свяжете на земле, то будет связано на небе; и что разрешите на земле, то будет разрешено на небе. Истинно также говорю вам, что если двое из вас согласятся на земле просить о всяком деле, то, чего бы ни попросили, будет им от Отца Моего Небесного, ибо, где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них.

«Смотрите, не презирайте ни одного из малых сих», — говорит Господь. Кто эти «малые сии»? Прежде всего, дети. Господу не нравится, когда великие в Церкви или мнящие себя быть великими, относятся невнимательно к тому, что происходит с детьми. Как будто их не касается, что детей растлевают, приучают их к такой жизни, где грех является нормальным явлением. Их как бы лишают уже самой способности покаяться и возвратиться ко Господу, и обрести все, что хочет дать им Бог. Но малые сии — это, конечно, все люди, прежде всего, в Церкви. Те, кто искренне приходит ко Господу, но вера их слабая, и о Боге они знают очень мало. Мы не должны смотреть на них свысока, как на людей, которые не просвещены истинным знанием. Откуда же им знать, если они только переступили порог храма Божия? А некоторые еще вообще в Церковь не вошли, они — «не двора сего», по словам Господа.

«Смотрите, — говорит Господь, — ибо Ангелы их на небесах всегда видят лице Отца Моего Небесного». То есть, вокруг этих людей совершается Ангельская служба. Ангелы видят лицо Отца Небесного непрестанно, изумеваясь Его славе, Его любви, готовые исполнить все, что ни скажет им Господь для блага малых сих. И если мы хотим увидеть лицо Отца Небесного, лик Христов в будущей жизни, мы должны, прежде всего, быть исполнены готовности сделать все для малых сих, для их блага.

Господь дает нам образ Своей непостижимой любви ко всем людям без исключения. Он говорит: «Как вам кажется? Если бы у кого было сто овец, и одна из них заблудилась, то не оставит ли он девяносто девять в горах и не пойдет ли искать заблудившуюся? И если случится найти ее, то, истинно говорю вам, он радуется о ней более, нежели о девяноста девяти незаблудившихся». Мы знаем, что Господь наш, Пастырь Небесный, прошел по всем горам и долам, изнемогая от усталости, падая под ношею Креста, чтобы найти эту заблудшую овцу. И теперь Он радуется о ней. Святые отцы говорят, что овца заблудшая — это все мы, весь род человеческий. Потому что мы — падшее создание, мы заблудились, сбились с дороги, и нам грозит опасность и смерть. Господь находит весь род человеческий, оставляя девяносто девять незаблудших овец — Ангелов, которые радуются об этой обретенной овце. И Сам Господь радуется о ней больше, чем о незаблудших.

Одновременно Господь говорит здесь и о каждой человеческой душе. Для Него одна овца имеет такое же значение, как все стадо. Один человек, находящийся в Церкви, для Него столь же дорог, как вся Церковь. Вот любовь Божия, о которой Дух Святой говорит нам сегодня. И тот человек, который не пришел еще в Церковь и которого хотят сегодня погубить, так же дорог Спасителю, как вся Церковь, которая не заблудилась. Она не заблудилась, если понимает, о чем говорит Христос. Потому что наше знание истины, правды и любви должно измеряться единственно Духом Святым, любовью Бога, Его истиною.

И дальше Господь говорит, что истина, действительно, неотделима от любви. «Если же согрешит против тебя брат твой, пойди и обличи его между тобою и им одним». Любовь эта дорого стоит. И она дорого стоит для Господа, дорогою ценою приобретена для нас. И каждый из нас должен приобрести ее дорогою ценою — верностью истине. Иди и обличи его, не носи это в себе. Самое опасное, когда внутри нас кровоточащая рана, и это созревает во все большую вражду к согрешившему против нас человеку. Может быть, он не знает, не понимает, что сделал. Может быть, ему не достает именно того, чтобы ему кто-то сказал об этом с любовью. Между тобою и им одним — не кричи на весь свет, что этот человек согрешил. Прежде чем ты будешь иметь право это сделать, наедине с этим человеком выясни все. Может быть, он тут же с радостью увидит свою ошибку, и будет радость и для тебя, и на небесах. И не нужно добавлять к этому что-нибудь еще.

Но если этот человек будет упорствовать в своем заблуждении, пойди, возьми одного или двух, — говорит Христос, — единомысленных твоих и обличите его вместе. Мы нуждаемся в том, чтобы в делании добра нам помогали другие люди. И мы не должны унывать, опускать руки, говорить, что безнадежное дело — с этим человеком уже все кончено, потому что он не обращает внимания на наши вразумления. Может быть, эти двое или трое, кого ты позовешь, найдут такие слова, которые тебе никогда на ум не приходили. Может быть, у них любви больше, чем у тебя, и он послушает их. Может быть, он поймет, что он противостоит сразу всем, и покается.

Но есть очень упрямые люди. Они могут отвергнуть любое вразумление. «Если же не послушает их, — говорит Господь, — скажи Церкви; а если и церкви не послушает, то да будет он тебе, как язычник и мытарь». Скажи Церкви, потому что Церковь хранит то, что дал ей Господь, она — хранительница истины, столп и утверждение истины, всех догматов, тайн веры, заповедей Божиих. И горе тому человеку, который бывает отлучен от Церкви, который подвергается анафеме церковной. Невозможно пребывать в Церкви, пользоваться ее преимуществами, дарами небесными Духа Святого и отвергать основание учения церковного, которое положено жизнью и смертью Христовой, благодатью Духа Святого. Господь говорит об этом отвержении.

Но это слово исполнено не только пламенеющей истины, но и пламенеющей любви. Господь не говорит: «Да будет он тебе как сатана, как бес». Он говорит: «Да будет он тебе как язычник и мытарь», — то есть как тот, кто не утратил способность возвратиться к Богу с покаянием. Тот, кто остается еще человеком, и о котором Церковь молится, чтобы привести его к себе. В истории Церкви были еретики, которых она называет волками лютыми, не щадящими стада. В своей разрушительной деятельности по отношению к Церкви они уподобляются самому диаволу. Но и здесь Святая Церковь, извергая их из себя, не оставляет их своей любовью, молясь об их вразумлении. И мы знаем такие примеры, когда самые страшные отступники возвращались покаянием к истине, и были приняты в Церковь.

«Где двое или трое, — говорит Христос, — собраны во имя Мое, там Я посреди них». Церковь — это не один человек, а, по крайней мере, — два или три. Господь говорит нам о тайне того единства, к которому призваны мы все, весь род человеческий. О тайне самых малых молитвенных собраний, о тайне Вселенских Соборов. В конце концов, все измеряется не количеством собравшихся людей, но соборным разумом Церкви. Где неложная любовь ко Христу, там Христос предваряет собрание всех.

Будем дорожить этим даром Божиим, помня, что времена наступают трудные. Во времена гонений не всегда может собраться многолюдный храм, а только двое или трое могут быть собраны где-то во имя Христово. Преподобный Нектарий Оптинский пророчествовал, что будет время, когда в Церкви останется всего один епископ, один священник и один мирянин. Наверное, он не в буквальном смысле говорит эти слова. Но в том смысле, что там, где есть хоть один епископ, один священник и один мирянин, любящие Христа, где двое или трое собраны во имя Христово — там Христос посреди них и там Церковь Божия. Дай Бог нам принадлежать к этому собранию, сколько бы нас ни было, пусть даже двое или трое. То же присутствие Божие среди нас, та же слава, как во всей Церкви, то же утешение, как если бы было две или три тысячи собраны во имя Христово, как это было в день Пятидесятницы, когда святой апостол Петр говорил в Духе Святом и открывал им Христа.

Вторник

Мф, 10 зач., 4, 25—5, 13

И следовало за Ним множество народа из Галилеи и Десятиградия, и Иерусалима, и Иудеи, и из-за Иордана. Увидев народ, Он взошел на гору; и, когда сел, приступили к Нему ученики Его. И Он, отверзши уста Свои, учил их, говоря: Блаженны нищие духом, ибо их есть Царство Небесное. Блаженны плачущие, ибо они утешатся. Блаженны кроткие, ибо они наследуют землю. Блаженны алчущие и жаждущие правды, ибо они насытятся. Блаженны милостивые, ибо они помилованы будут. Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят. Блаженны миротворцы, ибо они будут наречены сынами Божиими. Блаженны изгнанные за правду, ибо их есть Царство Небесное. Блаженны вы, когда будут поносить вас и гнать и всячески неправедно злословить за Меня. Радуйтесь и веселитесь, ибо велика ваша награда на небесах: так гнали и пророков, бывших прежде вас. Вы — соль земли. Если же соль потеряет силу, то чем сделаешь ее соленою? Она уже ни к чему негодна, как разве выбросить ее вон на попрание людям.

Христос проповедует благую весть Царства Небесного, пришедшего на землю, Царства благодати и славы. Никто никогда не говорил так, как Он. Христос — Превечное Слово, через Которое Бог в последние дни говорил с нами. Когда был дан закон, Господь сошел на гору. Теперь Он восходит на гору. Тогда Он говорил в громе и молниях, теперь — тихим кротким гласом. Тогда народ должен был стоять поодаль, теперь — приглашается подойти поближе. Господь учит Своих учеников, чтобы они могли научить других. Его взор обращен на множество идущего со всех сторон народа — в надежде, что все услышат Его. «И Он, отверзши уста Свои, учил их». Христос учит и не отверзая уст Своих — всей Своей жизнью, и особенно в час, когда Он «яко овча на заколение ведеся». Но теперь Он отверзает Свои уста.

Христос начинает Свою Нагорную Проповедь с благословений. Ибо Он пришел в мир, чтобы благословить нас, как сказано в книге Деяний (Деян. 3, 26). Он говорит как власть имеющий, как Тот, Кто может дать благословение и вечную блаженную жизнь. «Блаженны… блаженны… блаженны». К кому относятся эти слова, и в чем заключается истинное блаженство? Все люди без исключения хотят, чтобы им было хорошо, — а иные даже вопрошают: «Кто явит нам благая?» (Пс. 4, 7) Неудивительно, что те, кто имеет ложные представления о счастье, никогда не достигают его. Общепринятое мнение толпы, что блаженны, счастливы — богатые и великие, и славные мира сего, те, кто жирно едят и сладко пьют, и правят всеми. Господь наш Иисус Христос пришел, чтобы все перевернуть, поставить с головы на ноги, потому что все перевернул грех. Он хочет дать нам истинное понятие о смысле жизни. И все приходящие к Церкви должны с самого начала направить себя по истинному пути. Пусть не унывает никто, как бы он ни был немощен и нищ. Это зов ко всем человеческим душам сладчайшей Христовой любви. Это Новый Завет между Богом и человеком. Мы должны знать, что ждет от нас Бог и что мы ждем от Него. Путь к вечному счастью для человеческого рода открыт, и все что совершается в мире, может быть этим путем для любящих Бога.

«Блаженны нищие духом» — первая заповедь блаженства. Потому что Христос обнищал от Своей небесной славы, да нас обогатит. Нищие духом — это те, кто ни во что ставит богатства этого мира, кто сознает, что они не имеют ничего, кроме того, что Бог им дает — по дару Своей безмерной любви. Их есть Царство Небесное. Царство благодати состоит из таких. Царство славы принадлежит им. Это первая заповедь блаженства заключает в себе все остальные и, по слову святых отцов, является основанием всей христианской жизни.

Потому «блаженны плачущие» — плачем покаяния о своих грехах и плачем сострадания к страждущим. Сеющие слезами радостью пожнут. Они будут утешены Утешителем Духом Святым. И Бог отрет всякую слезу с очей их.

«Блаженны кроткие», потому что они научились кротости и смирению у Христа. Они наследят землю — ту новую землю и то новое небо, которые принадлежат Вседержителю.

«Блаженны алчущие и жаждущие правды» — той правды, которую пришел исполнить Христос. Они насытятся, потому что душа человеческая ничем не может насытиться, кроме как Богом.

«Блаженны милостивые», потому что блаженнее давать, чем принимать. Это блаженство быть причастным милосердию Божию, радующемуся вместе с Ангелами о возвращении всякого блудного сына. Это блаженство быть под покровом обнимающей всех молитвы Христа на Кресте: «Отче, прости им, не знают, что творят». Это блаженство прощать имеет только один предел — отказ быть прощенным.

«Блаженны чистые сердцем» — подлинное христианство заключается в чистоте сердца. Все, что исходит из неочищенного покаянием сердца, оскверняет человека. Но там, где покаяние, его наполняет Своей чистотою Христос. «Сердце чисто созижди во мне, Боже», чтобы я мог видеть Тебя и следы Твоего присутствия всюду, где Ты есть.

«Блаженны миротворцы» — те, кто участвует во всех духовных сражениях вместе со Христом, пришедшем убить вражду и возвестить на земле мир и в человецех благоволение. Они нарекутся сынами Божиими вместе с Сыном Божиим по дару Его.

«Блаженны вы, когда будут поносить вас и гнать и всячески неправедно злословить за Меня». «Так гнали и пророков, бывших прежде вас», — добавляет Христос. Так гнали древних мучеников, говоря: «Вам не должно быть», возжигая из них живые факелы или отдавая их на растерзание диким зверям. Так гнали новых мучеников и исповедников российских.

«Радуйтесь и веселитесь, — провозвещает Христос, — ибо велика ваша награда на небесах». Заповеди блаженства — изображение всего пути Христа в Его восхождении ко Кресту, которым прииде радость всему миру. Научаясь этим заповедям, христиане становятся солью земли. «Вы — соль земли, — говорит Христос. — Если же соль потеряет силу, то чем сделаешь ее соленою?» Нет возможности восстановить несоленую соль. Как человек без разума и без сердца, так христианин — без благодати. Без заповедей блаженства жизнь человечества, как пища без соли, теряет вкус, делается пресной. Христиане брошены Богом в жизнь человечества, как бросают крупицы соли в пищу, чтобы человечество не было отвергнуто Богом. Для чего нужна вера, почему надо жить по этим заповедям? Чтобы узнать благодать и обрести хороший вкус, чтобы жизнь обрела красоту, и смысл, и радость даже среди скорбей и гонений, даже в старости и в смерти. Если же соль потеряет свою силу, если христиане утратят благодать, вкус Бога, они будут ни на что не годны, и мир будет прав, выбросив их вон, на попрание людям.

Среда

Мф, 12 зач., 5, 20—26

Сказал Господь Своим ученикам: если праведность ваша не превзойдет праведности книжников и фарисеев, то вы не войдете в Царство Небесное. Вы слышали, что сказано древним: не убивай, кто же убьет, подлежит суду. А Я говорю вам, что всякий, гневающийся на брата своего напрасно, подлежит суду; кто же скажет брату своему: «рака», подлежит синедриону; а кто скажет: «безумный», подлежит геенне огненной. Итак, если ты принесешь дар твой к жертвеннику и там вспомнишь, что брат твой имеет что-нибудь против тебя, оставь там дар твой пред жертвенником, и пойди прежде примирись с братом твоим, и тогда приди и принеси дар твой. Мирись с соперником твоим скорее, пока ты еще на пути с ним, чтобы соперник не отдал тебя судье, а судья не отдал бы тебя слуге, и не ввергли бы тебя в темницу; истинно говорю тебе: ты не выйдешь оттуда, пока не отдашь до последнего кодранта.

Праведность, которой мы призваны научиться у Христа, должна превзойти праведность книжников и фарисеев — иначе не войти нам в Царство Небесное. Христианин не только не должен допускать ничего плохого, что было у этих лицемеров, ищущих славы человеческой и ненавидящих Спасителя. Христианин должен превосходить их и в хорошем, которое они делали ради внешнего благочестия. Они думали только о внешнем, а мы должны обращать внимание на внутреннее состояние нашего сердца. Не человеком угождать, а Богу. И когда сделаем все, повеленное нам, считать себя ни на что не годными рабами, доверяясь лишь праведности Божией.

И Христос раскрывает истинный смысл древних ветхозаветных заповедей. Эти десять заповедей, данные Богом, не могут быть отменены. Так было сказано: «Не убивай, кто же убьет, подлежит суду». Закон Божий — закон жизни, стена и ограждение нашей жизни. Однако эту шестую заповедь иудеи воспринимали чисто внешне, как воспрещение убийства, но не как ограничение внутренних пожеланий, из которых и рождались подобные преступления. В этом и заключалась главное заблуждение иудеев — в учении, что Божественный Закон воспрещает греховные поступки, но не греховные мысли. Христос же говорит, что всякий, гневающийся на брата своего напрасно, совершает в своем сердце убийство. Гнев — естественное человеческое чувство. Бывают обстоятельства, когда он законен и даже похвален. Но есть напрасный гнев, когда мы гневаемся без причины, без достаточной на то причины — по пустякам, по распущенности, по привычке. Христос знает, что такое человеческое сердце. Прежде чем обнаружиться в злом поступке — ненависть, презрение, инстинкт самоутверждения оскверняет внутреннее человека.

Святые отцы говорят, что даже если бы у нас вынимали глаз или отнимали жизнь — наш гнев был бы напрасен. Единственное оправдание нашему гневу может быть, когда нас хотят отвести от заповеди Божией, от верности Христу. «Гневаясь, не согрешайте» и «солнце да не зайдет во гневе вашем». День да не закончится для вас вашей внутренней помраченностью, потому что, кто знает, может быть, этот день окажется последним, и «в чем застану, — говорит Господь, — в том и сужу». И Солнце правды Христос да не зайдет во гневе вашем — вот единственный критерий праведного гнева.

Господь говорит, что можно убивать брата своего и оскорбительным словом, называя его «рака» (пустой человек) и «безумный». Когда эти слова употребляются с благой целью обличения опасного для многих нечестия, они не греховны. Так, больший из рожденных женами говорит: «Змии, порождения ехиднины» и Сам Спаситель взывает к самонадеянному богачу: «Безумный, в ночь сию душу твою возьмут от тебя». Но когда они произносятся с внутренней злобой и презрением — в них едкий ядовитый дым, исходящий от огня геенского. «Этот народ, невежда в законе, проклят», — говорят законники и фарисеи о тех, ради кого Христос идет на смерть.

Да, злые языки, как говорится, страшнее пистолета, и убивают медленно и неприметно. Потому так глубока молитва: «Избави мя от клеветы человеческой, и сохраню заповеди Твоя». Чтобы мы поняли, насколько страшен этот грех, Господь говорит, что совершающий его будет подвержен самому страшному наказанию, если не покается, — геенне огненной, вечным мукам.

Потому мы должны со всяческим тщанием хранить христианскую любовь и мир в церкви, и, как только возникает угроза истинным отношениям с кем-либо из братьев наших, спешить к нему с примирением. Наши молитвы ко святому причащению предваряются словами: «первее примирися тя опечалившим». И если ты придешь на Божественную литургию, «если ты принесешь дар твой — сердце твое — к жертвеннику и там вспомнишь, что брат твой имеет что-нибудь против тебя, пойди прежде примирись с братом твоим, и тогда приди и принеси твой дар». Ты не можешь приступить без этого к святым таинам, и ты не можешь ходить в храм. Бывает, некоторые перестают ходить в церковь, чтобы не встретить там тех, с кем они в ссоре, и тем самым согрешают вдвойне. Иди и мирись с братом твоим, потому что как не готов ты к причастию, так не готов ты и умереть.

Жизнь наша — путь, идя по которому мы должны примириться с Богом через Христа. Мирись с соперником твоим, пока ты еще на пути с ним. Праведный Бог — Соперник всем грешникам, которые не хотят покаяться. И Заступник всех неправедно обиженных. «То, что вы сделали другому, — говорит Он, — вы сделали Мне». Наша забота и наша мудрость — как можно скорее примириться с нашими личными врагами, пока мы еще на пути. Пока мы живы, мы продолжаем идти. После смерти будет поздно это сделать. Кто упорствует во вражде с Богом, тот отвергает дар Его милосердия. Ад — темница, в которую будут ввергнуты все, кто уходит отсюда во вражде с ближним и с Богом. «Истинно говорю тебе, — говорит Христос, — ты не выйдешь оттуда, пока не отдашь до последнего кодранта».

Четверг

Мф, 13 зач., 5, 27—32

Сказал Господь: вы слышали, что сказано древним: не прелюбодействуй. А Я говорю вам, что всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с нею в сердце своем. Если же правый глаз твой соблазняет тебя, вырви его и брось от себя, ибо лучше для тебя, чтобы погиб один из членов твоих, а не все тело твое было ввержено в геенну. И если правая твоя рука соблазняет тебя, отсеки ее и брось от себя, ибо лучше для тебя, чтобы погиб один из членов твоих, а не все тело твое было ввержено в геенну. Сказано также, что если кто разведется с женою своею, пусть даст ей разводную. А Я говорю вам: кто разводится с женою своею, кроме вины прелюбодеяния, тот подает ей повод прелюбодействовать; и кто женится на разведенной, тот прелюбодействует.

После заповедей блаженства Господь продолжает раскрывать в Своей Нагорной проповеди несравненно большую глубину Нового Закона по сравнению с древним. Теперь Он говорит о седьмой заповеди — о тайне отношений между мужчиной и женщиной. Древняя заповедь гласит: «Не прелюбодействуй». В ней — запрещение супружеской измены, всех не освященных браком связей.

«А Я говорю вам, что всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с нею в сердце своем». Эти слова Спасителя относятся к монахам и мирским, к женатым и замужним, к юношам и девам, к каждому из нас. Перечитай их, как если бы Христос говорил это лично тебе, глядя тебе глаза в глаза. Столько сердечных ран открывают эти слова, столько попранных идеалов, столько неосуществленных надежд, что не требуется, кажется, уже никаких толкований. Но среди нынешнего утверждения греха растления как нормы и даже уже как добродетели, обратим внимание хотя бы только на то, что относится к взгляду. Речь идет о тайне грехопадения первого человека — о насыщении наших глаз созерцанием запретного плода. Наши глаза — входы и выходы нечестия подобного рода. И сегодня создатели уличных реклам, СМИ, в особенности телевидение, прекрасно знают это. Как оградить нам в этой атмосфере закон сердечной чистоты? Но если через взгляд приходит вожделение — те, кто намеренно обнажает себя, чтобы на них смотрели с вожделением, не менее виновны. «Люди грешат, — говорят святые отцы, — а подталкивают ко греху — бесы». Законодатели мод, несомненно, наущаемые нечистым, насмешливо говорят, что они ни при чем — спрос рождает предложение. Столь опасно и гибельно это рассматривание греха для души, предупреждает Господь, что лучше лишиться руки или глаза, чем уступить бесстыдному и наглому греху. Если нет другой возможности избавиться от него (хотя мы знаем, что, слава Богу, есть), то предпочтительнее вырвать себе глаз и отсечь руку, чем вовлечь всего себя в грех к вечной гибели души.

Есть грехи, от которых, по слову апостола, надо спасаться страхом, и сюда относятся восстающие на души плотские похоти, которых как диких зверей нельзя удержать, а можно лишь отпугнуть. «Жестоко слово сие, кто может его вместить?» — отвечает мир, живущий в аду, и не верящий, что существует ад. Но кто знает, что есть вечный ад, а самое главное — вечный рай, тот понимает, почему Церковь в центре своих духовных подвигов не только для монахов, но и для мирян, поставила покаяние преподобной Марии Египетской. Эту как будто превосходящую человеческое естество заповедь, данную Христом, можно исполнить только со Христом, только с Его благодатью, только с Его любовью, которая крепче смерти. Нет другого пути у человечества — либо жизнь, либо смерть. Где попрание тайны телесного общения мужчины и женщины, от которого рождаются дети, там распад семьи, и вместе с ним — общества, государства, вырождение народа, человечества. Потому что «кто разводится с женою, кроме вины любодеяния, тот дает ей повод прелюбодействовать, и кто женится на разведенной, тот прелюбодействует». Но Господь при сотворении человека благословляет святой брак первым благословением: «Да будут двое одна плоть». И дает новое — ценою крестной любви Своей — в Кане Галилейской. То, что Бог соединил, и продолжает соединять, — человек да не разлучает.

Пятница

Мф, 14 зач., 5, 33—41

Сказал Господь: еще слышали вы, что сказано древним: не преступай клятвы, но исполняй пред Господом клятвы твои. А Я говорю вам: не клянись вовсе: ни небом, потому что оно Престол Божий; ни землею, потому что она подножие ног Его; ни Иерусалимом, потому что он город великого Царя; ни головою твоею не клянись, потому что не можешь ни одного волоса сделать белым или черным. Но да будет слово ваше: да, да; нет, нет; а что сверх этого, то от лукавого. Вы слышали, что сказано: око за око и зуб за зуб. А Я говорю вам: не противься злому. Но кто ударит тебя в правую щеку твою, обрати к нему и другую; и кто захочет судиться с тобою и взять у тебя рубашку, отдай ему и верхнюю одежду; и кто принудит тебя идти с ним одно поприще, иди с ним два.

В этих словах Христа — раскрытие третьей заповеди: «Не употребляй имени Господа твоего напрасно». Именно это означает «не преступай клятвы». Ложная клятва — нечестие по отношению к Богу и неправда по отношению к человеку. Ложно клянущийся как бы говорит: «Господи, помоги мне», а сам желает, чтобы Господь ни за что не помог ему, поскольку дает лживую клятву. Это не означает, что всякая клятва — грех. В относительно недавние времена клятва в судах, военная присяга, приносимая с верой в Бога, означала, что люди воздают имени Божию подобающую ему честь. Они обращаются к высшей правде, к высшему знанию, к высшему суду — для устроения по справедливости земной человеческой жизни.

Что имеет в виду Христос, говоря: «Не клянись вовсе»? Прежде всего, ненужное употребление имени Божия в обыденном разговоре — признак безблагодатного, не знающего страха Божия, сердца. И мы должны избегать клятвенных обещаний в делах, которые не зависят от одного нашего произволения. Безумие призывать в свидетели нашей правды небо — это все равно, что клясться Самим Богом. «Не клянись ни землей, — говорит Христос, — потому что это тоже было бы клятвой ее Творцом и Владыкой; ни Иерусалимом — потому что его освящает Царь царствующих и Господь господствующих; ни головою твоею — потому что она принадлежит более Богу, чем тебе, со всеми ее дарованиями, и ты не можешь ни одного волоса сделать белым или черным». «Но да будет слово ваше: да, да; нет, нет; а что сверх этого, то от лукавого». От лукавого, от лжи, которая есть во всех людях, подвластных ему, ибо «всяк человек ложь». Ваше слово должно быть значимо само по себе: «да», если это действительно да, и «нет», если это действительно нет. Святость и правдивость ваша да будет известна всем человекам. Христос зовет к подлинности наших слов. Мы знаем, как мало прямоты и простоты в человеческих отношениях, искаженных изнутри двусмысленной сложностью, подменами, хитростью, лукавством, саморекламой. Господь не создает новой морали. Он ничего не упраздняет. Он раскрывает глубину того, что является подлинной человечностью. Но приобщиться ей по-настоящему могут только те, кто приходит ко Христу — истинному Богу и совершенному Человеку.

«Вы слышали, что сказано, — говорит Христос, — око за око и зуб за зуб». Этот ветхозаветный закон возмездия в свое время очень сильно ограничивал инстинкт мести, столь естественный для падшего человека. Но и его, пройдя через две тысячи лет христианства, человечество, казалось бы, давно уже должно было оставить далеко позади. Увы, если бы сегодня оно оставалось хотя бы на уровне Ветхого Завета! Не надо искать примеры, углубляясь в историю. Сколько городов Югославии и Ирака на наших глазах было подвергнуто бомбардировкам в качестве «репрессивных мер» со стороны государств, по-прежнему именующих себя христианскими. Термины «эскалация военных действий», политика «с позиции силы» и нанесение «превентивного удара» постоянно звучат в западных СМИ. И мало кто замечает, что у этих постхристиан срабатывает тот же древний, доветхозаветный дикий инстинкт.

Что же означают слова Христа: «А Я говорю вам: не противься злому. Но кто ударит тебя в правую щеку твою, обрати к нему и другую»? Евангелие не дает никогда готовых нравственных рецептов. Речь идет скорее о духе, чем о правилах. Сам Христос, когда Его ударил слуга первосвященника, не подставил другую щеку. Он ответил твердо и с достоинством: «Что ты бьешь Меня?» (Ин. 18, 23). И никто не имеет права, ссылаясь на эти слова Господа, покрывать несправедливость. Христос не предлагает здесь юридического закона, который можно было бы применять по отношению к гражданскому обществу. Это означало бы выпрашивание милости у торжествующего зла, поощрение насилия, ограждение безнаказанности преступников. Христос не отменяет закон возмездия — там, где правители должны употреблять меч правды для устрашения злодеев и защиты обиженных. И в гражданских судах этот закон должен по-прежнему быть мерилом для наказания преступников. Разумеется, Христос не может освящать беззаконие требованием от слабых безропотно уступать насилию.

Бывают обстоятельства, когда подлинные христиане должны сражаться. Покоряться неправде и несправедливости, в особенности, когда жертвой их являются другие, — абсолютно противоположно духу Христову. Господь говорит о прощении личных грехов и о том, чтобы в гражданских судах никто не требовал большего наказания, чем это необходимо для общественного блага. Христиане не должны быть мстительными. Закон правды у нас не может быть отделен от закона любви. Зло не побеждается, когда мы отвечаем на него таким же злом. Когда воздают злом за зло, с неизбежностью вступают в ни чем не разрываемый адский круг. А когда, по милости Божией, мы прощаем личные обиды, зло становится внешним по отношению к нам. Когда же не прощаем, зло одерживает еще одну победу — оно входит в нас. Христос хочет открыть человечеству иной путь: победить зло добром, ответить на ненависть любовью.

Что значит подставить другую щеку? У святых отцов есть два толкования. Согласно первому, одна щека — наш ближний. Когда ему наносят обиду, мы должны быть готовы подставить другую щеку — себя — жизнь свою не пожалеть ради него. А когда нам наносят личную обиду, мы должны подставить другую щеку — смирение и твердость любви Христовой. Наш Господь ради нас принял заушения. Тем, кто захотел неправедно судиться с Ним, Он отдал и верхнюю, и нижнюю одежду. И взошел на Крест, обнаженный от Небесной славы. И Он прошел не одно, а два поприща по дороге к Голгофе, чтобы принять Крестную смерть не в ненависти, а в любви ко всему роду человеческому.

Суббота

Мф, 15 зач., 5, 42—48

Сказал Господь: просящему у тебя дай, и от хотящего занять у тебя не отвращайся. Вы слышали, что сказано: люби ближнего твоего и ненавидь врага твоего. А Я говорю вам: любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас, да будете сынами Отца вашего Небесного, ибо Он повелевает солнцу Своему восходить над злыми и добрыми и посылает дождь на праведных и неправедных. Ибо если вы будете любить любящих вас, какая вам награда? Не то же ли делают и мытари? И если вы приветствуете только братьев ваших, что особенного делаете? Не так же ли поступают и язычники? Итак будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный.

«Просящему у тебя дай, — говорит Господь, — и от хотящего занять у тебя не отвращайся». Смотри на просящего у тебя как на того, кто дает тебе милость подать Самому Христу. Однако и дела милосердия должны быть растворены рассудительностью. Чтобы не получилось, что мы даем не желающим трудиться и недостойным то, что следовало бы дать нуждающимся. Слова, которые Бог говорит нам: «Просите, и дастся вам», мы должны быть готовы сказать нашим ближним.

«Вы слышали, что сказано: люби ближнего твоего и ненавидь врага твоего. А Я говорю вам: любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас». Величайший долг христианина, главное отличие христианства от всех других религий — любить своих врагов. Мы должны иметь сострадание к ним, желать им добра и молиться за них. Мы не должны злословить их и отвечать оскорблениями на оскорбления. Если в наших устах закон добра, мы можем найти добрые слова к говорящим нам злые. Мы должны делать им добро, и это будет большим доказательством любви, чем все добрые слова. Мы должны молиться за обижающих нас и гонящих нас. Всякий раз, когда мы оказываемся в подобных обстоятельствах, нам дается возможность засвидетельствовать, что мы христиане не только по имени.

Невозможно жить по-евангельски, оставаясь только на естественном человеческом уровне. Господь требует от нас то, что превосходит естественные человеческие возможности. Если Христос говорит нам любить наших врагов, то это потому, что Бог первым возлюбил нас. Мы должны постоянно перечитывать эти слова апостола Павла из Послания к Римлянам: «Ибо едва ли кто умрет за праведника; разве за благодетеля, может быть, кто и решится умереть. Но Бог Свою любовь к нам доказывает тем, что Христос умер за нас, когда мы были еще грешниками» (Рим. 5, 7—8). Когда мы предстоим перед трудной, по-человечески невозможной любовью, мы не можем уже оставаться только на плоскости психологии, социологии и даже морали. Мы должны поставить себя перед распятым Христом. Господь наш Иисус Христос, Сын Отца Небесного, восхотел высшего блага для тех, кто соделал Ему зло. Он пострадал и умер за всех людей — за тех, кто предал Его страданиям и смерти. Любовь к врагам может исходить только от Бога! И это то, что Бог не перестает делать, ибо Он повелевает солнцу Своему восходить над полями безбожников и гонителей так же, как над монастырскими садами. Всякий раз, когда мы видим солнечный свет и дождь, будем вспоминать слово Христово, что это Божие благословение всему миру. И пусть дары Божией щедрости к людям, восстающим на Бога, учат нас делать добро ненавидящим нас. Вот ответ на вопрос, как любить тех, кто не любит нас. Для этого надо увидеть, как Бог нас любит. Прощая без конца. Эту невозможную любовь к врагам Господь не смел бы требовать от нас, если бы Он Сам не явил ее: «Отче, прости им, не знают, что творят».

Чтобы стать христианином — Божиим человеком — надо идти до той любви, которая не есть просто взаимная любовь: «я люблю тебя, потому что ты любишь меня». Так поступают и язычники, говорит Христос. Он, Бог наш, перед абсолютным отвержением Его любви будет непоколебимо следовать абсолютной любви. Христианская любовь не может сводиться только к чувствам, влечениям, переживаниям. Господь не говорит ничего плохого об этой любви, в которой мы так нуждаемся. Кто может жить без нее? Господь только говорит, что на этом нельзя останавливаться. Потому что христианство — это больше, чем человеческая доброта. Это очень серьезный вопрос, и мы должны часто задавать его себе: делаем ли мы что-нибудь людям больше, чем другие? Бог сделал для нас несравненно больше, чем для не знающих Его людей. Делаем ли мы большее, чем они, по отношению к другим? Любить тех, кто не любит нас, — уподобляться Богу. Творить добро тем, кто делает нам зло, — Божественная черта.

Что значит быть христианином? Это не значит просто ждать, когда осуществится Божий замысел о мире, и все заполнит Христова любовь. Это значит пытаться каждый день устремляться к этой любви. Речь не идет о добреньком морализаторстве для слабых, сентиментально настроенных людей. Мы — чада Отца Небесного, Который содержит в недрах Своей любви весь человеческий род — злых и добрых. Принося на Кресте молитву за всех, Христос воспринял от Отца власть дать нам эту заповедь.

Неделя 1-я по Пятидесятнице

Всех святых

Мф, 38 зач., 10, 32—33, 37—38; 19, 27—30

Сказал Господь: итак всякого, кто исповедает Меня пред людьми, того исповедаю и Я пред Отцем Моим Небесным; а кто отречется от Меня пред людьми, отрекусь от того и Я пред Отцем Моим Небесным. Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин Меня; и кто любит сына или дочь более, нежели Меня, не достоин Меня; и кто не берет креста своего и следует за Мною, тот не достоин Меня. Тогда Петр, отвечая, сказал Ему: вот, мы оставили все и последовали за Тобою; что же будет нам? Иисус же сказал им: истинно говорю вам, что вы, последовавшие за Мною, — в пакибытии, когда сядет Сын Человеческий на Престоле славы Своей, сядете и вы на двенадцати престолах судить двенадцать колен Израилевых. И всякий, кто оставит домы, или братьев, или сестер, или отца, или мать, или жену, или детей, или земли, ради имени Моего, получит во сто крат и наследует жизнь вечную. Многие же будут первые последними, и последние первыми.

Христос принимает всех быть Его последователями на одном условии: чтобы мы были готовы принять крест и страдания. С самого начала, призывая апостолов, Он говорил, что они недостойны Его, если не хотят расстаться со всем ради Него. Теперь Он говорит, что честь и милость быть учениками Его дается тем, для кого Христос дороже всего на свете. Если вера наша что-нибудь значит для нас, она должна быть для нас всем. Кто не хочет принять креста на этих условиях, может оставить его к собственной погибели.

Мы должны предпочесть Христа всему, и в том числе, говорит Господь, нашим самым близким и дорогим отношениям с другими людьми. Дети должны любить своих родителей и родители должны любить своих детей. Но если они любят друг друга больше, чем Христа, они недостойны Его. Как ненависть к другим людям, а особенно к домашним нашим, лишает нас общения со Христом, так и любовь к ним по плоти, любовь без Христа, удаляет нас от Него.

Христос говорит, что всякий, кто оставит дом, или братьев, или сестер, или отца, или мать, или жену, или детей ради Него, получит во сто крат и наследует жизнь вечную. Что значит — оставить и жену, и детей, и братьев и сестер ради Христа? Это значит, когда мы оказываемся перед выбором — оставить их или оставить Христа, — мы должны предпочесть Того, без Кого мы лишимся навсегда в конце концов всех наших дорогих и близких. Самое главное условие святости, которое открывает нам Господь, — это готовность оставить все. апостол Петр спрашивает Господа, что получат они за то, что оставили все.

Мы понимаем, что это «все», что они оставили, на самом деле достаточно жалкое. Однако Господь понимает, что это было в тот момент их «все». Если бы у них было что-нибудь большее, и тогда они бы не поколебались отдать это Господу. Поэтому Христос с такой любовью их принимает. И всех, кто так приходит ко Христу, Он принимает.

Они последовали за Христом, когда созидание Церкви Божией только начиналось, и они все превозмогали среди самых больших скорбей, поэтому Господь воздает им особую честь. Господь особенно благоволит к тем, кто с самого начала с Ним. К тем, кто не отступает от Него во время сугубых испытаний. И самое главное испытание и милость, которая дается всем, — это не только скорби, но и смерть. Все оставить — это значит быть способным принять смерть не как ужас, как это происходит со всеми людьми, не знающими Христа и Его благодати, но как жизнь новую, как высший дар, который может быть принят человеком. В этом заключается жизнь, в этом заключается святость. И ни один человек не лишен возможности все отдать Господу.

Дай Бог нам восходить к этому и понимать, что многие первые, как говорит Господь сегодня, будут последними. И многие последние — первыми. Небесное наследство не дается так, как земное. Не по старшинству возраста, не по благородству рождения оно дается, но так, как Бог благоволит. И дар Его определяется по нашей любви к Нему, по нашей готовности все оставить и все принять, потому что Господь всего Себя, все, что есть у Него, дает тем, кто святы.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *