Седмица 10-я по Пятидесятнице

Понедельник

Мф, 84 зач., 21, 18—22

Поутру же Иисус, возвращаясь в город, взалкал; и увидев при дороге одну смоковницу, подошел к ней и, ничего не найдя на ней, кроме одних листьев, говорит ей: да не будет же впредь от тебя плода вовек. И смоковница тотчас засохла. Увидев это, ученики удивились и говорили: как это тотчас засохла смоковница? Иисус же сказал им в ответ: истинно говорю вам, если будете иметь веру и не усомнитесь, не только сделаете то, что сделано со смоковницею, но если и горе сей скажете: поднимись и ввергнись в море, — будет; и все, чего ни попросите в молитве с верою, получите.

Когда Господь возвращался в Иерусалим после изгнания торговцев из Храма, Он увидел смоковничное дерево у дороги. Господь испытывал жажду и голод, но, подойдя к смоковнице, Он не нашел на ней ничего, кроме листьев. «Да не будет же впредь от тебя плода вовек», — сказал Христос. «И смоковница тотчас засохла». Мы знаем, что пророки часто прибегали к символическим действиям, когда видели, что слова их не достигают цели.

Что же хотел сказать этой происходящей у всех на глазах притчей Господь? Вспоминается другая евангельская притча о бесплодной смоковнице. «Вот я третий год прихожу искать плода на этой смоковнице, — сказал господин виноградника своему служителю, — и не нахожу. Сруби ее: на что она и место занимает» (Лк. 13, 7). Бесплодная смоковница была бесполезна, и участь ее была предрешена. Суть истории со смоковницей не в том, что Господь разгневался на это дерево, а в том, что тень от него покрывала Иерусалимский храм. Тень от смоковницы и Храм слились в одно. Это дерево изображало иудейский народ, который обещал миру принести духовный плод. Но когда Помазанник Божий, ради которого существовал Израиль, пришел, Его не только не узнали, но решили распять Его. Потому Господь и сказал: «Да не будет же впредь от тебя плода вовек».

Ученики, видя, как смоковница тотчас засохла, так были потрясены властью Господа над природой, что не задумались о смысле этого события. И Господь обратил их мысль к научению истинной вере. Без плода благодати жизнь теряет главное измерение, и для чего ей надо продолжаться? Мы увидели образ проклятия Божия бесплодному Израилю, точно так же, как очищение Храма было символическим действием, показывающим пустоту внешнего благочестия — без духовного плода. Дерево в цветах и листьях, но не имеющее плода, — исповедание веры без жизни по вере.

И это проклятие не одних иудеев. Во все века это было, и в христианской Церкви. И мы знаем, к чему это привело в нашей православной России. Так или иначе, мы все виновны в этом грехе. Он приносит неисчислимый вред Церкви. По этой причине многие соблазняются, и, как говорит апостол, имя Божие хулится среди язычников. Господь показывает, что где нет истинной веры, там не может быть и плода. И нет будущего у тех, от кого отворачивается Бог. Но когда мы обращаемся к Богу с молитвой веры, происходит невероятное. Христос говорит, что молитва может двигать горами. И что все, о чем мы просим с верой, нам будет дано. Совершенно ясно, что эти обещания не следует воспринимать буквально. Хотя мы знаем из житий святых, что иногда они могли передвигать молитвой и настоящие горы.

Тем не менее Христос предупреждает нас, чтобы мы не приходили к Богу, подобно иудеям, только со списком наших земных прошений. Что же мы будем говорить, когда станем лицом к лицу пред нашим Господом в вечности, и не о чем будет больше просить? Разумеется, каждый день мы просим Бога о тех конкретных обстоятельствах, в которых мы находимся. Мы знаем из своего опыта, что Бог отвечает на эти молитвы, если просимое полезно для нас. Потому мы должны представлять исполнение наших прошений Его суду. Помня, что есть существенная разница между списком наших исполненных заботы о себе пожеланий и заступничеством жертвенной любви за других. Кроме того, Господь говорит, что и горы наших трудностей Бог передвигает с нашим участием. Духовная жизнь — это не значит помолиться, а затем сидеть и ждать, когда Бог все совершит. Это значит помолиться, чтобы принять от Бога силу жить по Его святым заповедям. Вступить в сражение с грехом и увидеть, что невозможное человекам возможно Богу. Все, о чем мы просим с верой, нам будет дано. Но с верой означает — с преданием всего в волю Божию.

Апостол Павел отчаянно молился, чтобы избавиться от жала в плоть. Бог не избавил его от этой скорби, но оттого что Он принял ее смиренно — как из рук Божиих, ему дано было узнать, что сила Божия в немощи совершается. И что дар благодати несравненно больше, чем любые другие дары. Там, где благодать, поражение становится победой. Сам Господь молился в Гефсимании, чтобы, если возможно, Его миновала чаша Крестных Страданий. Но Он предавал до конца Свою жизнь и смерть в волю Отчую, и уничижение Его Креста открыло славу Воскресения для всего рода человеческого.

Молитва не устраняет реальность скорби и смерти. Но она делает нас способными переносить непереносимое, перешагнуть нашу собственную смерть и стать навеки живыми. В конечном счете, все наши молитвы, в том числе самые приземленные, предполагают соединение нашей воли с волей Божией. И если мы доверяем Богу, верим Его милосердию и любви, если наши умы и сердца едины с Ним, тогда все, что мы ни попросим в молитве, будет согласно с Его советом. Уже здесь на земле мы будем созидать начатки Царства, в котором мы даем Богу возможность действовать через нас.

Вторник

Мф, 85 зач., 21, 23—27

И когда пришел Иисус в храм и учил, приступили к Нему первосвященники и старейшины народа и сказали: какой властью Ты это делаешь? и кто Тебе дал такую власть? Иисус сказал им в ответ: спрошу и Я вас об одном; если о том скажете Мне, то и Я вам скажу, какою властью это делаю; крещение Иоанново откуда было: с небес, или от человеков? Они же рассуждали между собою: если скажем: с небес, то Он скажет нам: почему же вы не поверили ему? а если сказать: от человеков, — боимся народа, ибо все почитают Иоанна за пророка. И сказали в ответ Иисусу: не знаем. Сказал им и Он: и Я вам не скажу, какою властью это делаю.

«И когда пришел Он в храм и учил, приступили к Нему первосвященники и старейшины народа и сказали: какой властью Ты это делаешь? и кто Тебе дал такую власть?» Если бы они со смирением принимали Его чудеса и силу, которой Он совершал их, не было бы нужды задавать этот вопрос. Хорошо всем облеченным властью спрашивать себя: «Кто дал нам такую власть?» Христос часто свидетельствовал словом и делом, что Он пришел от Бога, но для учителей Израиля этого оказывается недостаточно. С каким надмением они вопрошают: «Кто дал Тебе такую власть?» Разве может у Него быть какая-то власть, если Он не получил ее от них? Их цель — уловить и погубить Его. Если бы Он ничего не ответил, они сказали бы народу, что это — молчаливое признание восхищения не принадлежащей Ему власти. Если бы Он указал на власть Бога, они, как и раньше, потребовали бы от Него знамения с небес или обвинили бы Его в богохульстве. Христос отвечает на вопрос первосвященников вопросом, давая им возможность самим дать ответ. Он спрашивает их о крещении Иоанновом — откуда оно было, с небес или от человеков. Если они ответят на Его вопрос, то получат ответ и на свой. Они могли бы сказать — вопреки своей совести, — что крещение Иоанново было от людей, и это выглядело бы убедительным, потому что «Иоанн не сотворил никакого чуда» (Ин. 10, 41). Но в таком случае, как они могут объяснить, что Христос совершил много чудес! А если они скажут, что крещение Иоанново было с небес, то и ответ на вопрос о власти Христа будет также очевиден — ибо Иоанн свидетельствовал о Христе.

Иудеи — в явном замешательстве. «Они же рассуждали между собой». Разумеется, не о том, как найти истину, а о том, как выставить себя в выгодном свете перед людьми. Они боятся потерять доверие народа, ибо если они признают, что крещение Иоанново было от Бога, то Христос, а за Ним и весь народ, скажут: «Почему же вы не поверили ему?» Они боятся за собственную безопасность, потому что объявить, что крещение Иоанново было от человеков, — значит вызвать на себя гнев народа, «ибо все почитают Иоанна за пророка». У тех, о ком они говорили: «этот народ невежда в законе, проклят он» (Ин. 7, 49), оказывается, может быть большее познание Бога, чем у них, ученых богословов. Мы говорим, народ — хранитель благочестия, и знаем из истории, какую ревность может являть верующий народ в отстаивании чистоты Православия и хранении церковных святынь. Первосвященники и старейшины уклоняются от открытого отвержения истины — не из-за страха Божия, а исключительно из-за страха перед народом. Сколь многие отступники от правды явили бы еще большее нечестие, если бы только осмелились!

«И сказали в ответ Иисусу: не знаем». И это звучит как «и знать не желаем». Этими словами первосвященники и старцы сами себе выносят осуждение. Они должны были знать. В этом заключался смысл существования Синедриона, членами которого они были, — различать подлинных и ложных пророков. А они свидетельствуют о себе, что неспособны к этому различению. Они не хотели исповедать то, что они знали, и не смогли признаться в своем лукавстве. Говоря «не знаем», они лгали, потому что знали, что крещение Иоанново было от Бога. «И Я вам не скажу, какою властью это делаю», — говорит им Христос. Для чего им было знать о природе Христовой власти, если истина и правда для них не имели значения? Те, кто не дорожит правдой, которая им открыта, в неправедности своей отвергнут большую правду, которую они как будто ищут. Возьмите талант от закопавших его в землю. Кто не желает прозреть, тому не будет дано прозрения.

В ответе Господа — суровое предупреждение. Сделать вид, что ничего не знаешь и не понимаешь из трусости, — не новое явление. Если люди ищут больше свою выгоду, чем верность принципам, их первым вопросом будет — не «где правда?», а «что безопасней сказать?» И они будут либо трусливо молчать, либо беспомощно говорить: «не знаем», хотя знают ответ, но боятся его дать. Достоинство человека, а тем более христианина, — в том, чтобы всегда иметь мужество предпочесть не наиболее безопасный ответ, а наиболее истинный. Долг христианина, если он знает истину, исповедать ее, даже перед угрозой мученической смерти.

Святые отцы обращают также наше внимание на дар духовной рассудительности, который являет Господь в этом Своем ответе первосвященникам. Рассудительность — дар, мало известный сегодня, но Сам Господь учит нас ему. Он смотрит прямо в сердце Своих совопросников, и знает, что смысл их ответа — в лицемерной попытке самооправдания. Как часто мы приходим ко Господу, исполненные самооправдания, и удивляемся, когда Он в Своей бесконечной премудрости показывает, где мы находимся.

Каковы побуждения первосвященников и старцев? Они не на стороне Бога, они и не заодно с так называемым общественным мнением. Единственное, что их заботит, — их собственная репутация. Что же отвечает Господь таким людям? Он спокойно являет им Свою высшую власть, в глубины которой никто не может проникнуть. «И Я не скажу вам». Может быть, первое, о чем нам следовало бы задуматься, когда мы слышим такой ответ, — имеет ли какое-либо отношение наш вопрос к той жизни, которую предлагает нам Господь. С какой легкостью мы иногда думаем, что Царство Божие принадлежит нам по праву! Подобно книжникам и фарисеям, и первому сыну из притчи о званых потрудиться в Христовом винограднике, мы говорим правильные слова, механически повторяя то, что напечатано в наших молитвословах. Но Бог ждет не ответа наших уст, но ответ нашего сердца. Надо, чтобы слова истины и правды проникли к нам в сердце, и мы приняли от Господа дар рассудительности, веры и покаяния.

Среда

Мф, 86 зач., 21, 28—32

Сказал Господь такую притчу: А как вам кажется? У одного человека было два сына; и он, подойдя к первому, сказал: сын! пойди сегодня работай в винограднике моем. Но он сказал в ответ: не хочу; а после, раскаявшись, пошел. И подойдя к другому, он сказал то же. Этот сказал в ответ: иду, государь, и не пошел. Который из двух исполнил волю отца? Говорят Ему: первый. Иисус говорит им: истинно говорю вам, что мытари и блудницы вперед вас идут в Царство Божие, ибо пришел к вам Иоанн путем праведности, и вы не поверили ему, а мытари и блудницы поверили ему; вы же, и, видев это, не раскаялись после, чтобы поверить ему.

Господь сказал: «А как вам кажется?» Притча, начинающаяся такими словами, обращена к духовным руководителям Израиля, первосвященникам и старцам. Только что Христос изгнал торгующих из Храма, затем по слову Его засохла бесплодная смоковница. Власти Иерусалима с возмущением спрашивают Его, по какому праву Он делает это. Господь отвечает тремя притчами — притчей о двух сыновьях, притчей о злых виноградарях и притчей о званых на пир. Крестные Страсти Господа приближаются. Те, кто должен был принять Его, отвергают Его. Но мы должны увидеть, что евангельские притчи касаются не только других. Они обращены к каждому из нас. Не кого-то, а нас спрашивает Христос: «А как вам кажется?»

«У одного человека было два сына; и он, подойдя к первому, сказал: сын! пойди сегодня работай в винограднике моем. Но он сказал в ответ: не хочу; а после, раскаявшись, пошел». Что вы думаете по этому поводу? Наша первая реакция — возмутиться молодым человеком, который так развязно говорит со своим отцом. Но затем мы исполняемся к нему симпатией. Он решает поступить, как ему было сказано, и идет исполнить волю отца. В этой очень простой истории нам не дается никаких объяснений. Нам только показано, как человек раскаивается и меняется.

И в этом может быть утешение и укрепление для нас. Современная философия и средства массовой информации пытаются уверить нас: все так обусловлено и предопределено в нашей жизни, что нет смысла говорить о свободе и ответственности человека. Наши неудачи и наши ошибки следует списать на счет общества, наших обстоятельств, других людей. Христос, напротив, возводит нас к нашей ответственности, повторяя, что никогда заранее наша судьба не может быть решена. Какие бы ни были у нас в жизни падения, как бы далеко мы ни отошли от Бога, перемены всегда возможны. Христос никогда не заключает никого в его прошлое. Он дает шанс всякому человеку, самому грешному.

И нам открывается также, что Бог не смотрит на нас как на тех, на ком раз и навсегда поставлена печать, но как на тех, кто всегда в становлении. Среди сегодняшней общей атмосферы безнадежности, может быть, в ком-то самом безнадежном рождается новый человек. Мы должны благодарить Бога за эту надежду, которую Он дает нам. И не торопиться приклеивать ярлыки на людей, но давать им возможность измениться.

«И подойдя к другому, он сказал то же. Этот сказал в ответ: иду, государь, и не пошел. Который из двух исполнил волю отца?» Нам становится понятно, что Господь хочет поставить в центре притчи второго сына. Вопрос Господа звучит как обличение. Христос обращается к духовным вождям Иерусалима. Но и нам сегодня Он задает тот же вопрос. Как вам кажется? Который из двух сыновей исполнил волю Отца? «Говорят Ему: первый». Поистине так. Мы не можем ответить по-другому. Недостаточно одних красивых слов. Нам никуда не деться от беспощадной правды. Значение имеют наши дела, а не только намерения. Эти слова Господа сегодня, как никогда, актуальны. Мир устал от красивых и лживых обещаний. Идеологии, имеющие смысл только в теории, рушатся на наших глазах одна за другой. О подлинности слов судят по результатам. Однако легко выносить приговор другим. Разве не напоминает порой этот второй сын и нас самих? Сколь многие из нас называют себя православными, чуть ли не 70% в нашей стране по официальной статистике, — а на деле даже не задумываются о покаянии и участии в таинствах Церкви, без которых не может быть спасения. Устами мы говорим: «да, Господи», а делами — «нет». Мы можем петь вместе со всеми «Символ веры» и «Отче наш» за каждой воскресной литургией, произносить эти святые слова каждое утро, а потом жить так, как будто мы их никогда не произносили. Сколько раз в жизни мы говорили Богу: «Да приидет Царствие Твое, да будет воля Твоя», не соотнося нашу жизнь с этими великими тайнами. Но мы предупреждены Господом: не столь важно говорить, сколько делать. «Не всякий говорящий Мне: Господи! Господи! — постоянно напоминает Он нам, — войдет в Царство Небесное, но исполняющий волю Отца Моего Небесного» (Мф. 7, 21). И апостол Иоанн Богослов вторит Христу: «Станем любить не словом или языком, но делом и истиною» (1Ин. 3, 18).

«Иисус говорит им: истинно говорю вам, что мытари и блудницы вперед вас идут в Царство Божие». Когда Господь употребляет эти торжественные слова: «Аминь, глаголю вам — истинно говорю вам», Он хочет возвестить нечто чрезвычайно важное. Но то, что Он возвещает здесь, может оказаться для кого-то соблазном. Как? Он ставит нам в пример прожженных грешников, известных всему миру своими позорными грехами? Однако безумием было бы предполагать, что Христос выступает в защиту греха мытарей с их нечестными доходами и греха блудниц с их развратом. Как и в притче о двух сыновьях, Он хочет, чтобы мы увидели их обращение к Богу, их покаяние.

Худший из всех грехов — думать, что можно обойтись без Бога. Не иметь нужды в Боге. И мы знаем, что во времена земной жизни Господа те, кто считал себя праведником, не испытывали нужды в спасении, которое предлагал Христос. А грешники бежали к Нему как к своему Спасителю. Фарисеи же и книжники были уверены в своей самодостаточности. Христос пришел спасти погибающих, а те, кто полагал, что они не имеют недостатка ни в чем, естественно, не могли принять от Него ничего.

О если бы мы, подобно грешникам, о которых говорит Христос, могли принести подлинное покаяние и обратить наши грехи в устремленность к благодати, спасающей нас от нашей ограниченности землей! Не судим ли мы чисто внешне слишком многих, забывая о неслыханной возможности, которую открывает всем кающимся Господь? «Мытари и блудницы впереди вас идут в Царство Божие». Кого это, говоря «вас», имеет в виду сегодня Христос? Кто эти люди, мнящие себя быть праведниками, которые будут изгнаны из Царства Божия? Не уподобляемся ли мы им иногда? Как научиться нам мытаревой молитве, которой тысячу дней, стоя на камне, молился преподобный Серафим Саровский: «Боже, милостив буди мне, грешному!»

«Ибо пришел к вам Иоанн путем праведности, и вы не поверили ему, а мытари и блудницы поверили ему». Притча о двух сыновьях противопоставляет слова и дела «да» наших уст и «нет» нашей жизни. А теперь Господь противопоставляет веру и неверие. Только что он вопрошал: «Крещение Иоанново с небес было или от людей?», а теперь через Предтечу, через Церковь и всех Своих святых Господь зовет нас сказать «да» нашей вере, действующей любовью. И это «да» нашей веры — прежде всего покаяние, решительное изменение нашей жизни.

«Вы же, и, видев это, не раскаялись после, чтобы поверить ему». Наша вера — не просто принятие умом истин, в которые мы веруем. Это прежде всего приведение нашей воли в послушание Божественной воле, к зову Господню: «Пойди сегодня работай в винограднике Моем». Мы либо следуем этому зову, либо — в конкретных наших поступках — ему не следуем. В нашей христианской вере есть одно краткое все определяющее слово, понятное всем верующим. Это слово «Аминь». Да, истинно, верую, непоколебимо, твердо, во всех обстоятельствах моей жизни приемлю. Сколько раз, стоя за воскресным богослужением, произносим мы это слово устами, и сколько раз исполняем на деле в течение следующей за этим недели? «Ибо Сын Божий, Иисус Христос не был «да» и «нет»; но в Нем было «да» — ибо все обетования Божии в Нем «да» и в Нем «аминь» — в славу Божию через нас» (2 Кор. 1, 19—20).

Четверг

Мф, 88 зач., 21, 43—46

Сказал Господь ко пришедшим к Нему иудеям: потому сказываю вам, что отнимется от вас Царство Божие и дано будет народу, приносящему плоды его; и тот, кто упадет на этот камень, разобьется, а на кого он упадет, того раздавит. И слышав притчи Его, первосвященники и фарисеи поняли, что Он о них говорит, и старались схватить Его, но побоялись народа, потому что Его почитали за Пророка.

«Потому сказываю вам, — говорит иудеям Христос, — что отнимется от вас Царство Божие и дано будет народу, приносящему плоды его». Иудеям было дано усыновление и слава, вверена Богооткровенная религия и несение имени Божия в мире. Но теперь уже не будет так. Они не только не принесли никакого плода, пользуясь данными им преимуществами, но противостали благовестию Христову и таким образом попрали все Господни дары. Другой народ — язычники — будут призваны Господом. Христов виноградник может быть уничтожен в одном месте, но Господь найдет другое, чтобы насадить его там. Падение Израиля было богатством язычников. Они принесут плоды лучшие, чем те, что принесли иудеи. Когда у Всевышнего перемены, они не будут Ему в убыток.

Господь говорит, как определяют свою участь два рода людей. Одни — по неведению спотыкаются о Христа, соблазняясь Его уничижением. В слепоте и беспечности они падают на этот камень и разбиваются. Неверие грешников уготовляет им погибель. Другие — противятся Христу и ни во что ставят этот камень, невзирая на его возвышение. Они отталкивают его, и потому он упадет на их головы и сокрушит их. Царство Христово окажется неподъемным камнем для тех, кто пытается опрокинуть его или сдвинуть с места. Как бы ни ожесточались христоненавистники против Бога, они никогда не достигнут в войне против Церкви успеха.

Страшен этот камень. И именно тем страшен, что им открывается вечный свет. Камень, который отвергли строители, стал самым важным камнем во всем строении. «Камень, егоже отвергли строители, сей бысть во главу угла — от Господа бысть сей и есть дивен во очесех наших» — эти слова из 117-го псалма каждый день возглашаются в начале утрени. Люди могут отвергнуть Христа и пытаться уничтожить Его, но рано или поздно они должны будут убедиться, что Христос, Которого они отвергли, — самая важная Личность в истории. Ибо Распятый на Кресте стал Судией и Царем всего мира. Не об этом ли пророчествовал Исаия: «И будет Он освящением и камнем преткновения, и скалою соблазна для обоих домов Израиля, петлею и сетью для жителей Иерусалима. И многие из них преткнутся и упадут, и разобьются, и запутаются в сети, и будут уловлены» (Ис. 8, 14—15). И еще: «Вот, Я полагаю в основание на Сионе камень, — камень испытанный, краеугольный, драгоценный, крепко утвержденный: верующий в него не постыдится» (Ис. 28, 16).

«Неужели вы никогда не читали об этом в Писании?» — говорит им Господь. Но, оказывается, и Писание можно читать по-разному. Как облачный столп в пустыне для богоизбранного народа был светом, а для гонителей его — мраком, как Христос для одних людей явился камнем спасения, а для других — камнем преткновения, так и слово Господне действует неодинаково. Одно и то же слово может быть утешением для последователей Христовых и ужасом для Его врагов. Ибо слово Божие — меч обоюдоострый. «И, слышав притчи Его, первосвященники и фарисеи поняли, что Он о них говорит». В словах Спасителя они прочитали приговор себе. Хотя виноватая совесть не нуждается в обвинителе. «И старались схватить Его, но побоялись народа, потому что Его почитали за Пророка». У Бога множество способов сдержать злобу ненавистников истины, точно так же, как привести ко спасению ищущих Его.

Так кончается сегодняшнее краткое Евангелие. Но для нас на этом, разумеется, все не кончается. Нас призвал Господь из тьмы в чудный Свой свет. Бог есть любовь. Но Он никого не спасает автоматически. И кому много дано, от того многого ждут в ответ. Притча о камне раскрывает двойной суд Божий. Первый суд открылся разрушением Иерусалима и его Храма. Грядет второй, последний — Страшный Суд, о котором сказано, что время начаться суду с дома Божия. Первосвященники и фарисеи поняли, что притча Христова — о них. В этом, по крайней мере, они превосходят многих христиан, слишком уверенных в себе.

Пятница

Мф, 91 зач., 22, 23—33

В тот день приступили к Иисусу саддукеи, которые говорят, что нет воскресения, и спросили Его: Учитель! Моисей сказал: если кто умрет, не имея детей, то брат его пусть возьмет за себя жену его и восстановит семя брату своему; было у нас семь братьев; первый, женившись, умер и, не имея детей, оставил жену свою брату своему; подобно и второй, и третий, даже до седьмого; после же всех умерла и жена; итак, в воскресении, которого из семи будет она женою? ибо все имели ее. Иисус сказал им в ответ: заблуждаетесь, не зная Писаний, ни силы Божией, ибо в воскресении ни женятся, ни выходят замуж, но пребывают, как Ангелы Божии на небесах. А о воскресении мертвых не читали ли вы реченного вам Богом: Я Бог Авраама, и Бог Исаака, и Бог Иакова? Бог не есть Бог мертвых, но живых. И, слыша, народ дивился учению Его.

Саддукеи задают вопрос, который, по их мнению, показывает, что воскресение тела — нелепость. Согласно древней иудейской заповеди, если человек умирает бездетным, его брат должен жениться на вдове и восстановить семя своего брата. Такие дети считались по закону детьми брата. Саддукеи приводят пример подобного брака, в котором семь братьев, умирая бездетными, один за другим женятся на одной и той же женщине, — и спрашивают: «В воскресении, которого из семи будет она женою?» Поистине это вопрос-ловушка.

Господь обличает материализм саддукеев, их неверие — ни в Ангелов, ни в духов, ни в воскресение (Деян. 23, 8). Он говорит им, что в самом основании такого вопроса сокрыто глубокое заблуждение. Нельзя рассуждать о небе в категориях земли, и о вечности — в категориях времени. Всякий, кто читает Писание, не может не видеть, что их вопрос не имеет никакого отношения к реальности. Ибо небо не есть простое продолжение этого мира. В жизни будущего века нас ждут совершенные новые отношения, несравненно превосходящие то, что существует во времени. Мы знаем, что душа человеческая бессмертна, а тело воскреснет, соединившись с ней, в славе Христова Воскресения.

Господь сокрушает всю конструкцию псевдобогословской саддукейской фантазии. Саддукеи постоянно утверждали, что в Пятикнижии Моисея нет ни одного текста, который мог бы служить подтверждением воскресения мертвых. Но какое именование Бога в Пятикнижии является наиболее распространенным? «Бог Авраама, и Исаака, и Иакова». Бог не может быть Богом мертвых людей. Живой Бог должен быть Богом живых людей.

«Бог не есть Бог мертвых, но живых», — говорит Бог этим умирающим в сомнениях вопрошателям. Это неприкровенные слова притчи, смысл которой каждый должен раскрыть для себя. Иногда Христос говорит прямо и решительно, не оставляя места каким-либо лукавым толкованиям. Подобно тому, как Он говорит женщине, взятой в любодеянии: «Иди и больше не греши» и разным людям: «Следуй за Мной» — это решающие нашу судьбу слова, которые мы должны либо принять, либо отвергнуть. Эти слова наполняют нас радостью или страхом. Для богатого юноши они означали цену, которую он не был готов заплатить. Он вынужден был отойти от Христа, потому что Его слова означали конец всего, что было для него дорого. А ученики Христовы услышали те же самые слова как весть о спасении, на которую они не могли не отозваться.

Господь ясно говорит саддукеям: «Заблуждаетесь, не зная Писаний, ни силы Божией». Слышали ли мы когда-нибудь, как Он говорит это нам? Не искажали ли мы иногда смысл Его слов в Писании или в молитве? Мы часто думаем, что нам надо углубиться в понимании того, что мы уже знаем. А, может быть, мы еще и не начинали приближаться к истинному разумению слова Господня? Понимаем ли мы все, что Христос говорит, принадлежим ли на самом деле Его Церкви, которая имеет ум Христов? Но разве слово Господне не превосходит бесконечно то, что ограниченный человеческий разум может вместить? И то, что Он нам открывает, несравненно прекрасней всего, что мы в нашей гордыне можем вообразить.

Наступает момент, когда мы, подобно фарисеям и саддукеям, должны увидеть бессмысленность нашего непрестанного испытания и искушения Бога. Нам надо отступить немного назад — не со страхом врагов Христа, которые затаились в своем углу, уязвленные Его словом, а со священным страхом тех, кто сподобился прикоснуться к краю одежд Христовых. Мы должны поклониться Ему в ужасе и изумлении и исповедовать Его вместе с пророком Давидом, апостолами, мучениками и всеми святыми нашим Спасителем и Господом.

Суббота

Мф, 73 зач., 17, 24—18, 1—4

Когда Господь с учениками пришел в Капернаум, то подошли к Петру собиратели дидрахм и сказали: Учитель ваш не даст ли дидрахмы? Он говорит: да. И когда вошел он в дом, то Иисус, предупредив его, сказал: как тебе кажется, Симон? цари земные с кого берут пошлины или подати? С сынов ли своих, или с посторонних? Петр говорит Ему: с посторонних. Иисус сказал ему: итак сыны свободны; но, чтобы нам не соблазнить их, пойди на море, брось уду, и первую рыбу, которая попадется, возьми, и, открыв у ней рот, найдешь статир; возьми его и отдай им за Меня и за себя. В то время ученики приступили к Иисусу и сказали: кто больше в Царстве Небесном? Иисус, призвав дитя, поставил его посреди них и сказал: истинно говорю вам, если не обратитесь и не будете как дети, не войдете в Царство Небесное; итак, кто умалится, как это дитя, тот и больше в Царстве Небесном.

Господь только что говорил со Своими учениками о решающих судьбы человечества событиях, надвигающихся на Иерусалим, а теперь Он предстоит перед необходимостью обыденной уплаты налогов на храм. Храм был центром богослужения, и его содержание дорого стоило. Налоговые чиновники — собиратели дидрахм — подошли к Петру и сказали: «Учитель ваш не даст ли дидрахмы?» Несомненно, это был искусительный вопрос — в надежде, что Господь откажется платить, и тогда у них будут основания обвинить Его. Петр, всегда готовый защитить своего Господа, незамедлительно ответил: «да». Когда вошли они в дом, то Господь, предупредив вопрошание Петра, сказал: «Как тебе кажется, Симон? Цари земные с кого берут пошлины или подати? С сынов ли своих, или с посторонних? Петр говорит Ему: с посторонних. Иисус сказал ему: итак, сыны свободны».

Эта притча Спасителя у святых отцов имеет два объяснения, с одним и тем же смыслом. Согласно первому — перед нами картина древнего мира, где завоеванные народы должны были платить подать народу-победителю. Господь как бы говорит: «Бог — Царь Израиля. Мы принадлежим к истинному Израилю, ибо мы — граждане Небесного Царства. Те, кто вне этого Царства, должны платить подати. А мы свободны». Второе объяснение яснее и проще. Если царь облагает налогом свой народ, это не распространяется на его собственную семью. Налог существует ради содержания царского дома. В данном случае речь идет о налоге для храма который есть дом Божий. Христос — Сын Божий. Когда родители искали Отрока Иисуса в Иерусалиме, Он сказал: «Или вы не знаете, что Мне должно быть в том, что принадлежит Отцу Моему?» (Лк. 2, 49).

Ключевая мысль Евангелия — Царство Божие должно быть всегда у нас впереди всего. Церковь Христова, новый Израиль, которую созидает Господь, — свободна в этом мире и подчиняется только своему Царю. Мессия Христос — больше храма, и Самовладычный Бог не требует платы от Своего Сына Единородного и сынов Царства. Но не пришло еще время Крестного искупления, потому Господь не разрывает с храмом, и соглашается заплатить подать. «Итак, сыны свободны», — говорит Господь. Сыны Божии освобождены благодатью и усыновлением от рабства греху и диаволу, но не от подчинения гражданским и церковным установлениям. Христос платит на содержание храма. Если мы пожинаем духовное, то должны возвращать земное. Если Христос платит, кто хочет быть исключением?

На самом деле они должны заплатить не потому, что так требует закон, а ради высшего долга. Христос сказал: «Чтобы нам не соблазнить их». Он как бы говорит: «Мы не должны ни в чем полагать преткновения для других. Справедливо быть выше справедливости. Мы должны не только исполнять свой долг, но превосходить его. Чтобы показать другим, что они должны делать». Господь никогда не позволял Себе того, что могло бы кому-то дать повод пренебрежительно относиться к обыденным человеческим обязанностям. Иногда в жизни могут быть исключения, на которые мы имеем право. Без вреда для себя мы можем иногда что-то опустить в нашем служении, но мы не имеем права делать ничего, что могло бы послужить кому-то плохим примером.

Чудо ловли рыбы со статиром во рту показывает нам детскую веру Петра, готового исполнить, и исполняющего буквально все, что ни скажет ему Господь. И мы видим нищету Христа, не имеющего даже одной монеты, чтобы заплатить сборщикам налогов на храм. Но Он — Господь Вседержитель, содержащий в деснице Своей все на свете до мельчайших подробностей, могущий вынуть изо рта рыбы деньги, необходимые Ему. Ибо и рыбы морские покорены под ноги Его (Пс. 8, 7—9). Поистине здесь — Тот, Кто больше храма, Тот, Кому принадлежит Его дом. «Возьми статир, — говорит Христос Петру, — и отдай им за Меня и за себя». Он подзаконным родился и на сороковой день был принесен по Закону в храм с нищенской платой. А теперь Он платит за Себя. Во всем Он, не имеющий греха, являет Себя в подобии грешников, чтобы дать выкуп за них. И Он дает нам пример никому ничего не быть должным, кроме любви. Петр поймал для Христа деньги, и потому часть их пошла для него самого. Те, кто трудится со Христом, будут с Ним в Его славе.

И далее Господь говорит, что ценности Царства Небесного отличаются от того, что ценит этот мир. Но наши новые отношения друг с другом становятся возможными только благодаря присутствию среди нас Христа. «Кто больше в Царстве Небесном?» — спрашивают ученики. До этого Христос говорил о Предтече, что он — больший из рожденных женами, но малейший в Царстве Небесном — больше его. И вопрос учеников, очевидно, следует понимать так: в чем заключается величие человека?

Господь отвечает им, призвав дитя и поставив его посреди них. В Царство Небесное может войти только тот, кто обратится и станет как дитя. Большие в Царстве Небесном должны уподобляться детям. Однако Господь не говорит, что человек должен просто стать как дитя. Но — обратиться, и стать как дитя. Нам приоткрывается тайна молитвы Господней «Отче наш», которая является и нашей главной молитвой. «Если мы не научимся говорить: «Авва Отче», — предупреждают нас наши святые, — мы не сможем войти в Царство Божие».

Обратиться — значит изменить направление нашей жизни. Мы шли нашим собственным путем, но в ответ на зов Его благодати повернулись в противоположную сторону и идем Его путем. Это означает полную перемену нашей жизни — умственную, душевную, нравственную, а также — новые наши отношения друг с другом. Христос называет это новым рождением, новым началом (Ин. 3, 3—5), и только так мы можем стать причастниками Его Царства. Покаяться — значит возвратиться к Богу Отцу как блудный сын и открыться Ему с детским смирением для принятия от Него нового дара сыновства. Обратиться — это не значит просто перевернуть новую страницу жизни, стараться стать лучше, начать соблюдать все установления церковные, и даже вместе со всеми причащаться. Но это значит обратиться к Самому Богу, встретить Его во Христе, узнать Его как Спасителя и Господа своего, установить с Ним вечные отношения смирения и любви. «Кто больше в Царстве Небесном?» «Жизнь, которая была эгоцентричной, — говорят святые отцы, — у идущих в Небесное Царство становится христоцентричной».

Неделя 10-я по Пятидесятнице

Мф, 72 зач., 17, 14—23

Тогда человек некий подошел к Иисусу и, преклоняя пред Ним колени, сказал: Господи! помилуй сына моего; он в новолуния беснуется и тяжко страдает, ибо часто бросается в огонь и часто в воду, я приводил его к ученикам Твоим, и они не могли исцелить его. Иисус же, отвечая, сказал: о, род неверный и развращенный! доколе буду с вами? доколе буду терпеть вас? приведите его ко Мне сюда. И запретил ему Иисус, и бес вышел из него; и отрок исцелился в тот час. Тогда ученики, приступив к Иисусу наедине, сказали: почему мы не могли изгнать его? Иисус же сказал им: по неверию вашему; ибо истинно говорю вам: если вы будете иметь веру с горчичное зерно и скажете горе сей: `перейди отсюда туда’, и она перейдет; и ничего не будет невозможного для вас; сей же род изгоняется только молитвою и постом. Во время пребывания их в Галилее, Иисус сказал им: Сын Человеческий предан будет в руки человеческие, и убьют Его, и в третий день воскреснет. И они весьма опечалились.

Встреча Христа и Его учеников с горем и грехом человеческим происходит сразу же после схождения с горы, где было Христово Преображение. Слава Господня, благодать, когда мы по дару Христа утешаемся ею, не должна застилать наши глаза на видение того, что происходит в мире. Как легко быть христианином, когда Бог рядом и хочется забыть обо всех ужасах земли! Но Бог дает нам Свою чудесную радость и силу, чтобы мы были способны встретить скорби и нужды других людей.

Когда апостолы подошли к народу, ко Христу приблизился человек и пал перед Ним на колени. Горе этого человека было велико, и оно научило его молиться. Как говорит преподобный Силуан, скорби и опасности многих научили молиться.

«Господи! — сказал этот человек, — помилуй сына моего. Он беснуется и тяжко страдает, ибо часто бросается в огонь и часто в воду». Две тысячи лет назад это был редкий случай. А сегодня — это картина того, что происходит с нашими детьми и молодежью. Двойное горе для родителей, когда их дети болеют — чуть ли не каждый второй, по статистике, рождается больным физически. Но несравненно большее — когда они поражены грехом и при этом не хотят и не могут молиться.

У этого мальчика, мы видим, «плохо с головой», вернее — с душой. Сатана крепко приложил к нему руку. Как страшно беснование наших детей — откровенное кощунство, сквернословие, разврат, пьянство, наркотики, так что они становятся опасными и для себя, и для окружающего мира! Все чаще мы можем видеть открытый сатанизм. И молодые люди очень часто заболевают психически и кончают жизнь самоубийством. Когда это было, чтобы дети кончали жизнь самоубийством, и в таком огромном количестве — тысячи детей и десятки тысяч взрослых!

Этот человек в Евангелии разочарован в своих ожиданиях, что ученики Христовы помогут ему. «Я приводил его к ученикам Твоим, и они не могли исцелить его», — говорит он. Христос дал власть Своим ученикам, Церкви изгонять бесов. И ученики Его успешно делали это. Но теперь — бессильны. Как часто люди, глядя на то, что происходит сегодня в России, говорят, что Церковь оказалась неспособна повлиять на духовное состояние народа! И, тем не менее, многие в глубине, наверное, думают: «Здесь только немощные служители Христа, а если бы мы к Самому Христу могли пробиться, то все было бы по-другому». При этом они не понимают, что именно здесь в Церкви — Сам Христос, Живой, Победитель ада и смерти, и всякого греха. Но другое дело — когда мы становимся преградой на пути ко Христу в Церкви для людей, идущих к Нему. Слова этого человека — суд над Церковью и призыв ко всем нам быть достойными своего Господа. Напоминание о том, что народ, несмотря ни на какое свое смятение, никогда не теряет веры во Христа Бога.

Мы снова слышим сегодня обличение, с которым Христос обращается ко всем нам: «О род неверный и развращенный! доколе буду с вами? доколе терплю вас?» Сам Христос свидетельствует, что Он как бы бессилен совершить чудо там, где царствует неверие, потому что чудо — это не просто внешнее сокровище, которое тебе дали в руки, и ты принял. Ты должен принять его глубиною своей жизни, самым главным, что в тебе есть, — умом, и совестью, и всем своим существом.

Мы живем в мире, где все находится под влиянием различных ситуаций, иногда каких-то неразличимых нами факторов. Мы замечаем все внешнее, можем определить, от кого зависит то или иное событие. Мы помним, что Господь управляет всем. Но бывают времена в жизни отдельных людей, семей и целых обществ, как, например, сейчас это происходит с нашим народом, когда кажется, что не Бог, а бесовские силы господствуют в мире. Из-за умножения грехов исполняется в реальности то слово, которое говорит Писание о князе мира сего как о том, кто обретает власть над душами человеческими, над людьми, оттого что люди сами доброй волей, своими грехами предают себя в рабство сатане (Рим. 6, 16).

«Доколе терплю вас!» — говорит Господь, и мы видим, как непереносим для Господа грех. И одновременно мы знаем, как Господь наш долготерпелив и многомилостив. Нет ничего выше на свете, чем Христово терпение. И перед лицом безумия этого мира, перед нашим маловерием и неверностью будем всегда надеяться именно на это бесконечное крестное Божие терпение, взывать о милости ко Господу, чтобы и нам услышать о наших детях, о каждом беснующемся юноше: «Приведите его ко Мне сюда». Христос — в святом гневе против греха и нечестия, против маловерия окружающего мира и порой самой Церкви. Но Его доброта не может от этого умалиться. Наоборот, Он исполняется еще большим состраданием ко всем.

И сегодня эти слова учеников Христовых, которые они говорят Ему, после того как все расходятся: «Почему мы не могли изгнать его?», да станут нашими словами, нашей молитвой и болью. Почему так произошло, что мы оказались неспособными защитить наших детей?! Может быть, еще можно все исправить, если мы услышим от Господа все объясняющий ответ. А ответ это простой и ясный: за неверие ваше. Там, где нет веры, ничего быть не может. Там ничего не может измениться, там будет только все хуже и хуже, потому что власть темных сил будет только укрепляться. Люди сами будут добровольно своей собственной жизнью утверждать эту бесовскую власть. И земная власть будет дана Господом такая, какую мы заслуживаем. Да и в Церкви тоже Господь дает нам таких пастырей, каких мы заслуживаем. Как говорится, каковы послушники, таковы и старцы.

Мы видим неверие и развращенность народа, которое обличает Спаситель, и маловерие учеников Христовых. И беда будет, когда одни будут обвинять других, говорить, что такая у нас Церковь, такие у нас епископы, священники, что ничего не может измениться. Если бы другие были у нас священники, то, конечно же, все было бы другим. А священники будут говорить, что такой у нас народ, который уже развращен десятилетиями атеизма и сейчас не сопротивляется насаждаемому сатанизму.

Святая Церковь говорит нам о том, что наша вина — каждого из нас, а не кого-то другого — в том безобразии, которое сегодня мы наблюдаем. Мы призваны молиться той молитвой, которой мы молимся каждый воскресный день, прославляя в нашем храме святых Царственных мучеников и новых мучеников и исповедников Российских, говоря: «Да изведет Господь на жатву делатели Своя, сиесть: да не оскудевает Церковь пастырьми добрыми, которые имеют просвещать светом истинныя веры столь великое множество людей, вере ненаученных или от веры отвратившихся».

Мы неверием своим виноваты в том, что происходит с нашими детьми. Преподобный Амвросий Оптинский увидел среди толпы, теснившей его, одного человека, который на руках нес психически больного ребенка, и через все головы спросил его: «Воровал чужое добро?» И тот сказал: «Воровал, батюшка». — «Вот Господь тебя посещает болезнью, страданием твоего сына». Или рассказ преподобного Паисия Афонского, нашего современника. К нему обратился один человек с просьбой помолиться о его сыне, больном раком. Отец Паисий сказал ему, что исполнит Господь его прошение, если он откажется от своей греховной преступной страсти. Тот, любя своего сына, с помощью Божией отказался от нее. И Господь даровал исцеление его сыну. А потом он опять взялся за свое, и вернулась та же самая болезнь к его сыну. Поэтому каждый из нас пусть знает, каково наше участие во всем, что происходит с нашими детьми.

Бывает, Господь дает особые испытания людям, которые живут, несомненно, достойной жизнью, посещая их неверием детей. Так было, например, с детьми отца Валентина Амфитеатрова, и с детьми святого епископа-врача Луки (Войно-Ясенецкого). Дети его от брака, в котором он был до монашества и священства, все выросли неверующими. Это было постоянной болью, мукой крестной для этих праведников.

Но если жизнь наша чиста, и если молитва ко Господу нелицемерна — а она нелицемерна, когда мы устремляемся к правде Христовой, — тогда это испытание будет во благо в конце концов и детям, пока неверующим. Может быть, даже до смертного часа. Кто знает, каким будет этот смертный час? Может быть, внезапно он настигнет их и, несомненно, настигнет их родительская молитва. Когда они, пройдя через всю бездну грехов, уже глубоко осознают мерзость неверия и в последнем своем обращении ко Господу, как разбойник благоразумный, будут спасены. А самое главное — за молитву таких людей будут спасены дети других родителей. Потому что на самом деле все дети России — это не просто «чьи-то» или «ничьи» дети (мы говорим не только о двух миллионах беспризорных, но о всех детях) — это наши дети, дети Церкви. Это должно быть нашей личной болью.

Когда будет такая устремленность к чистоте жизни и молитва за детей, тогда Господь и начнет совершать невозможное. Тогда мы засвидетельствуем, что имеем веру нашу, тогда будут спасаться и наши собственные дети, и все дети России. Потому что таким страданием, таким постом — то есть всецелым воздержанием от всякого греха и участием даже телом нашим в молитве — таким постом и такой молитвой мы будем приобщены Кресту Христову, о котором говорит сегодня Господь, совершая чудо исцеления. Потому что только Его победой над смертью, над диаволом, только Его воскресением и нашей подлинной приобщенностью этой победе, и молитвами тех, кто являет нам истинный образ христианской семьи — Царственных мучеников, прежде всего, — совершится преображение нашей России, будет у нас иное будущее, которое мы называем детьми нашими.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *