Слово в Неделю 2-ю Великого Поста. Святителя Григория Паламы, архиепископа Фессалонитского

Во имя Отца и Сына и Святаго Духа!

Второе воскресенье Великого Поста посвящено памяти святителя Григория Паламы — великого богослова ХIV-го века, который учил о нетварном Фаворском свете. Эта неделя называется Неделею светотворных постов.

Постом, молитвою и покаянием мы должны узнать о том, что Господь призывает нас к жизни, где свет и радость и где мы делаемся причастниками Божественного естества. Мы призваны с вами вкусить и увидеть, что Господь благ. Мы призваны узнать, что эта благодать дается в Церкви Христовой не только для великих святых, но и для каждого, без исключения, христианина, и что все мы, приходящие в храм и молящиеся Господу в течение Поста молитвою преподобного Ефрема Сирина «Господи и Владыко живота моего…», молимся именно в этом благодатном свете.

Мы молимся о том, чтобы Господь избавил нас не просто от праздности, уныния и празднословия, а от духа зла, которым живы эти грехи. И чтобы он даровал нам дух целомудрия, смиренномудрия, терпения и любви — тот свет, который нам дано было ощутить как новую жизнь, ради которой создан человек; как жизнь, ради которой Бог воплотился и принял все, что есть в нашей человеческой судьбе. Жизнь, ради которой Он постился сорок дней, чтобы через этот пост мы соединялись с Ним и приобщались Его Кресту и Воскресению.

Этот свет, эта благодать дают нам понять, почему в нашей главной молитве Великим Постом Церковь молится словами, которые являются печатью всех прошений: «Господи, дай мне зрети мои прегрешения и не осуждати брата моего». — Чтобы понимать, что каждый человек призван Господом к вечности, и ради каждого из нас Господь воплотился и принял страдания.

В духовной жизни существует порядок, и мы понимаем, что начинаем видеть свои грехи только тогда, когда в нашей жизни появляется хоть капля благодатного нетварного света. Когда этого света нет, нам кажется, что у нас все благополучно. Мы не видим грехов не потому, что их нет, а потому, что так темно, что мы не различаем уже свет от тьмы, и только по мере нашего приближения к этому свету начинаем видеть в себе ту страшную тьму, которая присутствует в каждом грешном человеке, в каждом из нас. Порядок духовной жизни, к которому призывает нас Святая Церковь Великим Постом, заключается в том, чтобы прежде, чем стремиться достигнуть благодати, света нетварного, мы научились противостоять всякой неправде, всякому греху, всякой праздности, всякому унынию, которое в нас есть; чтобы мы старались изо всех сил стяжать те главные качества, о которых напоминает нам Церковь. И только после этого можем мы надеяться, что нам будет дано приобщиться духу, стоящему за красотою нашей внутренней жизни.

Есть один известный рассказ в «Добротолюбии» о том, как древний подвижник пришел к прославленному старцу с тем, чтобы получить от него наставление. Уже вкусив благодать Христову, он стал говорить о том, какой у нас дивный Бог, какую красоту Он открывает и как радостно быть причастником этой новой жизни. Он говорил очень долго, хорошо и глубоко, а авва молча слушал, но так и не проронил ни одного слова, и подвижник в разочаровании ушел. «Как же так? — думал он. — Я проделал такой длинный путь, надеялся научиться от старца чему-то очень важному, а ушел без всякого плода». И только потом открылось, что этот великий церковный учитель молчал именно потому, что его гость сразу начал говорить о чем-то очень высоком. Когда же подвижнику посоветовали прежде беседы со старцем о благодати рассказать о своих грехах, он действительно так и сделал: пришел снова к авве и получил очень много полезных, существенно важных для него советов и наставлений.

Когда человек, по благодати Божией, начинает видеть свои грехи, когда он стремится к тому, чтобы их увидеть и раскаяться в них, когда он смиряется, видя свои грехи уже по-настоящему: не на словах, а всем своим существом, всею печалью своей души понимая, в какой пропасти он находится, — то он бывает вознесен за это по милости Божией и сподобляется видеть свет Христов.

Будем помнить о том, что все преподобные и богоносные отцы наши и святитель Григорий Палама говорят нам о том, чтобы мы в искании благодати (да, в этом заключается смысл христианской жизни!) помнили, что нам недостаточно хранить только личное благочестие. Они предупреждают нас о том, что человек, вступающий на путь Христов, должен очень хорошо понимать и видеть всю духовную картину жизни, которая его окружает.

Святой Феофан Затворник говорит, что для христиан нашего времени, живущих в мире, очень важно понимать, что подвиг, который несли отцы-пустынники и который несут монахи, отличается от подвига, к которому призваны миряне. Не то, чтобы действовала какая-то другая благодать, или нам даны были какие-то другие заповеди, — мы стоим перед лицом той же самой правды Христовой и причащаемся тех же самых Святых Тайн, но путь покаяния, путь познания нашего греха бывает различным, а значит — и путь восхождения к благодатному свету.

Эта разница заключается в том, что человек, ведущий монашеский образ жизни, прежде всего, обращает внимание на внутреннее состояние своего сердца: на помыслы, потому что с миром он уже распрощался. Он как бы вступает уже в открытую брань с самим сатаною — в том самом идеальном случае, когда у избравшего монашеский путь серьезное глубокое призвание. Но это не означает, что он не участвует в скорбях и бедах мира. Бывают такие скорби и беды мира, когда и древние подвижники оставляют свою пустыню и приходят в мир, чтобы засвидетельствовать о правде, которая спасительна для всех.

Живущий же в миру, говорит святитель Феофан, должен помнить о том, что не борьба с помыслами должна быть у него на первом месте (хотя и это тоже должно присутствовать), но, в первую очередь, надо хранить себя неоскверненным от мира, как говорит апостол Иаков. Вот к чему призван живущий в миру. И особенно в наши дни, когда зло в мире достигает такой силы, что каждый человек, желающий иметь добрую совесть, должен изо всех сил стараться, чтобы не оскверниться мерзостью этого мира, — не дать аду, который окружает его, войти в самое сердце свое.

На днях мне пришлось беседовать с одной монахиней, очень уже старой, ей около 90 лет. Она рассказала, как в годы гонений на Церковь юные христиане несли свое послушание. Их было семь девушек послушниц у епископа Августина. У них было молитвенное правило, и они исполняли его полностью, как полагается. Но что являлось их каждодневным деланием, когда они готовились к принятию монашеского пострига?

Они каждый день ездили на Николаевский вокзал, провожая поезда, которые отправлялись оттуда. Если вагоны с решетками, то ясно было, что отправляют заключенных. И каждый день они, рискуя собственной свободой, приносили туда разные теплые вещи и еду, с тем, чтобы вручить это страждущим людям.

Они заботились не только об арестованных христианах, хотя на Церковь были в то время особые гонения. Меня поразили слова этой старой монахини, когда она сказала: «Мне особенно жалко было узбеков, когда они выходили на платформу в халатах. Стояла холодная зима; страшно было представить, что с ними будет там, на севере, куда увезут их вагоны, и мы старались быстро, минуя конвоиров, вручить им варежки, шапочки, шерстяные вещи».

В другие дни эти юные девушки приходили с вечера в Бутырскую тюрьму. Там была высокая лестница, и они садились на этой ледяной лестнице и до трех часов ночи сидели, совершая свое молитвенное правило. А в три часа ночи можно было сойти с лестницы, с тем, чтобы занять очередь для тех, кто хочет навестить заключенных в Бутырской тюрьме. Они занимали очередь не для себя и не для каких-то своих знакомых, а для тех людей, кто по каким-то причинам не мог прийти вовремя, и для которых невозможность увидеть своих близких была бы катастрофой. И сколько людей с благодарностью, со слезами говорили о том, что они никогда не забудут то, что сделали для них эти христианки.

Это была нормальная христианская жизнь. Молодые послушницы могли бы, конечно, ограничиться своим благочестием, своим молитвенным правилом и видеть при этом страдания мира. Они могли бы думать, что это их не касается; они могли бы искать благодать через молитву и быть глухими и слепыми к тому, что совершается в мире, но христиане никогда, конечно, на самом деле не были такими.

Христос таким не был. Он плакал над Иерусалимом. Он сострадал людям, не знающим Бога. Он не сошел бы с небес, Он не распялся бы никогда, если бы христианство было таким: не участвующим ни в чем, не видящим боль и ужасы, какие переживает сегодня мир. Ужасы более страшные, конечно, чем телесные скорби: когда миллионы душ человеческих погибают от диавольского растления.

Вот об этом будем помнить, совершая Великим Постом то правило, которое нам полагается. Будем помнить о восхождении к благодати каждый день. И, исполняя наше правило, кроме утренних и вечерних молитв, будем молиться, по крайней мере, молитвой первого часа «Заутра услыши глас мой, Царю мой и Боже мой…». Какими бы делами мы не занимались, будем молиться словами молитв третьего часа «Господи, иже Пресвятого Твоего Духа…», шестого часа «Иже в шестый день же и час на Кресте пригвождей в раи дерзновенный Адамов грех…» и девятого часа «Иже в девятый час нас ради плотию смерть вкусивый…». И молиться словами молитвы преподобного Ефрема Сирина «Господи и Владыко живота моего…».

Будем читать Святую Библию — то, что полагается нам прочесть в течение Великого Поста: книгу Бытия, книгу пророка Исаии, книгу Притч… И постараемся как можно чаще посещать в эти дни храм Божий. Особенно (или, по крайней мере) Литургию Преждеосвященных Даров в каждую седмицу.

Помня о нашем восхождении в течение этого Поста, не забудем и о родительском поминовении усопших. К сожалению, как мы заметили, многие из нас, видимо, не понимают, как важно поминать своих близких Великим Постом. Как ждут они этого! В других храмах, там, где люди постарше возрастом и имеют больший житейский опыт, зная, что такое смерть и молитва за умерших, такого не бывает. Молодые люди, которых у нас в храме большинство, еще, видимо, думают, что если они пришли в воскресенье, то остальные службы можно и пропустить.

Вот эти службы поминовения наших родных тоже будем особенно почитать и посещать их. И всегда помнить при этом, что одно наше благочестие не спасет нас и никогда не откроет нам благодати Божией, если жизнь наша не будет устремлена к той любви, ради которой Христос воплотился. И свет нетварный есть только благодать Духа Святаго (и ничто иное), которая изливается в сердцах людей, по-настоящему любящих Господа и понимающих, что когда Он показывает Свои прободенные руки и ноги, то это относится к страданиям каждого страдающего человека.

Будем молиться нашему Всемилостивому Господу, чтобы Он сподобил нас благодатного нетварного света. Чтобы светел был путь нашего поста. Чтобы мы узнали, что только этим светом можно увидеть все зло мира, всю изощренность лжи сатанинской, которой мы противостоим сегодня. И только этим светом, только этой крепостью любви Христовой, Его Креста и Воскресения можем мы быть навеки причастниками жизни. Аминь.

Протоиерей Александр Шаргунов

Всенощное бдение 9 марта 1996 года

Добавить комментарий

%d такие блоггеры, как: