Чин прощения

Во имя Отца и Сына и Святаго Духа.

У прощения — два измерения, связанных друг с другом. Но их следует различать, потому что они переживаются неодинаково: прощение, полученное от Бога, и прощение, относящееся к другому человеку. Прощение, которое дает Бог, должно быть у нас на первом месте. От него исходит все наше христианское понимание прощения.

Наш Бог — не Бог, Который ведет счет всем нашим хорошим и плохим поступкам в большой книге, суммируя их, и, согласно подсчетам, определяет души в ад или на небо. У Бога есть несравненно лучший способ, как производить сложения, и Он не ошибается в Своих подсчетах. Наш Бог есть любовь и прощение. А кто любит, тот не ведет счета своей любви. Прощать — значит идти до предела самоотдачи. Бог дает, всегда дает, и снова воздает: «Ты упал, Я подниму тебя. Ты снова упал, Я снова подниму тебя». Каждый день мы помногу раз падаем, и всякий раз, когда мы искренно каемся, Бог поднимает нас.

Мы говорим, что Он делает наши грехи как бы небывшими. Это не значит, что они исчезают. Бог покрывает их покровом Своей любви и никогда не напомнит их нам. Но прошлое не стирается. Невозможно сделать так, чтобы оно не существовало. Многие из нас согласно кивают головой, сознавая, что они могут простить от всего сердца: «Я прощаю, — говорят они, — но я не могу забыть».

И здесь мы касаемся второй стороны прощения, прощения, которое один человек может дать другому. Прощать и не забывать — это нормально. Мы не должны чувствовать себя виноватыми, оттого что не можем поступить по-другому. Простить — не значит утратить память. Это значит, любить другого таким, каков он есть, со всеми его недостатками и обидами, которые он мне нанес. Не потому, что он заслуживает, чтобы я его простил, но потому что, прощая его, я помогаю ему духовно созидать себя. Прощение, которое я даю моему брату, моей сестре, — не есть следствие того, что их отношение ко мне изменилось. Наоборот, мое прощение может помочь им изменить ко мне отношение. Величие прощения — в его созидательной силе. Христианское прощение предшествует испрашиванию прощения. Оно идет впереди, а не наоборот.

Никто, ни один человек не заслуживает, чтобы Бог простил его. Если Бог прощает нас, то Он делает это исключительно по неизреченной Своей милости. И мы веруем и знаем, как дорого это стоит, что только смертью Христа на Кресте даруется нам прощение. В этом событии, которое стоит в центре истории мира, нет никаких наших заслуг. Выражаясь образно, я принадлежу скорее к тем, кто вбивал гвозди в Его пречистые руки и ноги, нежели к тем, кто в последний час был утешением Ему. Прощение, которое дает мне Бог, — чистый дар Его любви. Он прощает меня прежде всего потому что Он любит меня, а не потому что я возвратился к Нему после того, как повернулся к Его Кресту спиною. Прощение, которое мы призваны давать нашим братьям, должно исходить из этой же тайны, возвещенной Спасителем в Нагорной проповеди: «Будьте совершенны, как Отец ваш Небесный совершен» (Мф. 5, 48).

Но не будем мечтателями. Научиться прощать, как Бог прощает нас, — невозможно в одно мгновение. В одно мгновение мы можем достигнуть этого, когда коснется нас благодать Святого Духа, но путь к стяжанию ее — трудный и скорбный, крестный. Аминь.

протоиерей Александр Шаргунов

6 марта 2011 года

Добавить комментарий

%d такие блоггеры, как: