Древо познания добра и зла

Слово в Неделю сыропустную

Накануне Великого поста мы должны осмыслить, что происходит с каждым человеком и со всем человечеством. Это воскресенье называется воспоминанием Адамова изгнания. Церковь открывает нам тайну творения первого человека, его жизни в раю. Человек был создан по образу и подобию Божию, чтобы восходить в истинном познании Самого Бога и приводить к совершенной жизни все творение, потому что оно было подвластно ему. Одна запретная заповедь была у человека: не вкушать от древа познания добра и зла. «Ибо в день, в который ты вкусишь от него, — сказал Господь, — смертью умрешь» (Быт. 2, 17).

Человеку открывалась возможность познания Бога, и он знал об этом и должен был возрастать в этом знании. Но одновременно существовала возможность и другого знания: губительная возможность познания зла. И человек знал, что зло существует вовне, и оно смертельно опасно. Почему же он не поколебался даже мыслью и бесстрашно прикоснулся к злу, зная о заповеди Божией? Мы видим, что в этот таинственный момент воля человека перестает быть всецело устремленной к Богу. И совершается мгновенное изменение его внутреннего мира.

Человек, который познал зло, согрешил, становится совершенно другим, с другим восприятием жизни. Он утверждается в новом, как бы неестественном состоянии, а неестественным ему кажется то, что было раньше. То, что было раньше, кажется ему внешне навязанным, и он стремится от этого освободиться.

Святой апостол Иоанн Богослов говорит: «Не любите мира, ни того, что в мире: кто любит мир, в том нет любви Отчей. Ибо все, что в мире: похоть плоти, похоть очей и гордость житейская, не есть от Отца, но от мира сего» (1 Ин. 2, 15—16). Когда мы внимательно вслушиваемся в эти слова и всматриваемся в то, что произошло с первым человеком, мы с удивлением узнаем в них то, что было при первом грехопадении. «И увидела жена, что дерево хорошо для пищи, и что оно приятно для глаз и вожделенно, потому что дает знание; и взяла плодов его и ела; и дала также мужу своему, и он ел» (Быт. 3, 6). «Дерево хорошо для пищи» — это похоть плоти. «Оно приятно для глаз» — это похоть очес. Оно «вожделенно, потому что дает знание» — это гордость житейская. И в каждом грехе, который будет совершать потом человек, это всегда будет присутствовать.

Еще раз остановимся на том, как произошло падение человека. Побеждаемый неодолимой силой привлекательности греха, он мгновенно меняется, принимая его в себя. Все становится иным. Первозданный человек обладал пророческим даром видения всего, что есть в мире. Он мог называть по имени все сотворенное Богом, то есть определять самую сущность вещей. Он способен был духовно увидеть жену, сотворенную Богом из его ребра, как плоть (а плоть ее — это кость от костей его), и понять ее предназначение. А теперь он оказывается слепым, и хочет спрятаться от Бога, все видящего и везде присутствующего.

С одной стороны, у него как бы открывается зрение, и ему кажется, что он становится самим собой. С другой, безгрешное состояние, которое было у него раньше, для него уже чуждо. Ложь входит в самую глубину его сознания, и он скрывается от Бога не по причине своей наготы, как он говорит, но по причине своей соединенности с грехом, которая гонит его от Бога и заставляет скрываться. В результате принятия греха рождается хула на Самого Творца. «Жена, которую Ты мне дал, — обвиняет он Бога, — она дала мне от дерева, и я ел» (Быт. 3, 12). Жена в свою очередь обвиняет змея-диавола: «Змей обольстил меня, и я ела» (Быт. 3, 13).

Соблазн приходит через жену, а самооправдание (то есть утверждение греха) совершается через мужа. Теперь зло — это уже не то, что было вовне. Это зло, которое вошло в глубину сознания человека, в его естество. Мы тоже находимся сейчас в таком состоянии, что не имеем ни возможности, ни способности, ни даже желания отвлечься от всего греховного и земного. Как победить этот мир, лежащий во зле, если мы сами — часть мира, и через нас он наполняется злом?

Человек не в состоянии победить этот мир, чтобы возобновить хотя бы в самой малой степени общение с Богом. Напротив, у него рождается жажда познания не только того, что вне Бога, но и того, что против Бога. И это есть определение греха и суть того, что происходит с человеком. Вся история рода человеческого проходит под этим знаком. Всякое познание, не устремленное к Богу (даже познание внешнего мира), поглощает человека, делает его частью этого мира, лишает его возможности стремиться к Богу.

Чтобы человек мог возвратиться к Богу, ему необходимо не просто осознать бесполезность любых его усилий вернуть потерянное. Он должен увидеть, что спасти его может только величайшее чудо. И таким чудом явится искупительная жертва Христова, когда Бог станет человеком, будет отвергнут родом человеческим и предан смерти потомками тех, кто отверг Бога в раю. Нам необходимо осознать, что для возвращения к Богу невозможно никакое перерождение человека — никогда, ни в какой религии, никакими усилиями, ни через какую духовность. Только Христос — Бог, ставший человеком, принявший на Себя все, что совершается в роде человеческом, насквозь пронизанным грехом, — может возродить нас для вечной жизни.

Единый Безгрешный принимает от рук грешников смерть, и это означает, что мы должны отвергнуться себя и даже своего естества, которое все пропитано грехом. В этом смысл Поста. Не только во внешнем воздержании, а в том, чтобы увидеть всю глубину того, что произошло с человеком и что совершается со всем родом человеческим.

Грех насквозь пронизывает наше естество, и потому мы подвластны смерти. Принять жертву Христову, последовать за Христом на Крест — вот возможность, которая дана каждому из нас. Смысл нашего поста — приобщиться в Евхаристии святых Христовых Таин, которые являются плодом того, что Христос совершил для нашего спасения. Приобщиться новому естеству и обрести спасение. Смысл поста, как говорят святые отцы, — не в отвержении вкушения, а во вкушении. Во вкушении того, чем жив человек, — этой бессмертной пищи, которую дает нам святая Церковь.

Только в Церкви возможно подлинное различение добра и зла, только благодаря Церкви мир еще не погрузился во тьму. Главная задача врага рода человеческого — попытаться смешать добро со злом. Прежде открытого противления Богу — смешение истины с ложью. Во внешнем мире, чем ближе развязка истории, свет и тьма делаются все менее различимыми, так что порок представляется добродетелью, а добродетель — пороком, и грех утверждается как норма.

Сатана старается сделать все возможное, чтобы это смешение проникло и в Церковь. Чтобы и в Церкви у нас не было ясного понимания, что есть добро и что есть зло. Вся история Церкви отмечена этим. Вначале отделение части Церкви от православия, затем — все более возрастающее отступление в некоторых исповеданиях от истины. Не сразу происходит так, что люди, обратившиеся ко Христу, теряют веру в Него как в Бога, а только по имени называются христианами.

Это возрастание смешения подлинного добра со злом в Церкви оказывает влияние на жизнь всего человечества, опустошая его. Чем дальше идет история Церкви, тем больше опасностей этого смешения не только в тех исповеданиях, которые отступили от истины православия, но и в самом православии. Святой Феофан Затворник предупреждает, что внешняя видимость при соблюдении всего, что установлено Богом и Церковью, при одновременной внутренней пустоте, есть самая главная опасность для Церкви, в том числе и православной. И самая благоприятная почва для появления внутри Церкви «человека беззакония».

Будем помнить об этом, свято храня и соблюдая все внешнее. Ради чего начинается Великий пост? В каком мире мы живем? Что происходит в Церкви, где хранится еще различение добра и зла? Как каждый из нас призван в течение этого Поста взойти на крест, по дару Христа, и приобщиться нетленному добру, которым Господь будет питать нашу бессмертную душу? Стать причастником Его победы над всяким грехом, над самой смертью в вечной радости Воскресения.

Протоиерей Александр Шаргунов

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *