Ответы на вопросы читателей журнала «Русский Дом» — март 2015 г.

«Кто сотворит и научит, тот великим наречется в Царстве Небесном». Слыша эти Христовы слова, я думаю с удивлением: Христос заповедует Своим последователям две вещи — сотворить и научить. У учителей и отцов Церкви было то и другое — святая жизнь и просвещение. Но я не знаю многого. Я не изучал богословия. Я не могу проповедовать. Что же будет со мной и с такими, как я? Допустим, мы творим — но мы же не учим! Следовательно, не будем приняты в Царство Небесное.

Д.М. Аксенов, г. Саратов

На это недоумение можно ответить кратко. Когда Христос говорит, что Его верные ученики должны не только жить по-христиански, но и учить других, это не означает, что все верующие должны изучать богословие и быть способными проповедовать о чудесах Христовых с амвонов храмов. Такой труд — для немногих получивших от Господа дар проповедания. На этих проповедниках лежит великая ответственность, и они должны быть очень внимательны к своей жизни. Если они не живут согласно тому, чему учат, они окажутся лицемерами, теми, к кому относится приговор Господа: «Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры» (Мф. 23, 13).

Кроме церковной проповеди с амвона есть иной род проповеди. Это — простое учительство. Это те немногие слова о Христе, которые самые некнижные христиане могут произнести. Это те немногие слова, которые исходят из сердца глубоко верующего во Христа и соединяющего Писание с каждодневной жизнью. Эти немногие слова могут сильно действовать на других людей. На тех, кто живет в грехе и обмане, но обретая веру во Христа, начинают меняться — не благодаря чьему-то красноречию, но благодаря простым словам, которые они услышали от смиренного верующего. Мы помним из жития преподобного Серафима Саровского, как приехал к нему из любопытства в обитель прославленный генерал и после продолжительной беседы вышел от него, рыдая, как ребенок, оставив в келье преподобного все свои ордена. Какие простые слова сказал ему святой, которые, как меч, рассекли его и проникли «до разделения души и духа, составов и мозгов», как говорит апостол (Евр. 4, 12)?

Всякий, кто верует во Христа, может быть учителем и проповедником Писания. К таким относится слово Господне: «Кто сотворит и научит, тот великим наречется в Царстве Небесном». Все мы без исключения обязаны исполнять заповеди Божии и каждый, по мере его дарований, просвещать наших ближних.

Почему наши четверо детей, воспитанные в вере, становятся неверующими? Может быть, мы делали что-то не так? Но мы с мужем делали все возможное, чтобы воспитать их в вере. Мы старались дать им свидетельство жизнью, устремленной к евангельским ценностям. И вот, мы видим, что наши дети повернулись спиной ко всему, чем они дышали и жили с нами. Какое горе! Они перестали ходить в Церковь, они живут «свободной» жизнью, отказываясь вступать в брак и их дети, наши внуки, — некрещеные. Господи, за что Ты нас так наказываешь? Сейчас нас всех призывают быть миссионерами. О каком же миссионерстве можно здесь говорить? Я теперь не удивляюсь, что так называемая программа «двести храмов шаговой доступности» столкнулась с таким неожиданным сопротивлением.

Никита и Ольга Кузнецовы, г. Москва

Дорогие Никита и Ольга! Эта ваша история, несомненно, найдет понимание у многих родителей. Да, нелегко быть апостолами для своих близких. Но слово Божие утешает нас в наших неудачах и поражениях с теми, кого мы любим, наверное, больше, чем кого-либо на свете. Даже самые лучшие из нас, и даже Сам Господь знали такое поражение. Иногда нам кажется, что «наш батюшка — очень ревностный и бескомпромиссный, но он не умеет найти подход к людям». Почти всем священникам приходилось когда-нибудь слышать: «О, если бы в нашем приходе был батюшка, как Вы, я не пропускала бы ни одной службы!»

Пусть для нас будет утешением, что Сам Христос проходил через это: «не бывает пророк без чести, разве только в отечестве своем и у сродников и в доме своем» (Мк. 6, 4). Господь встретился с неудачей благовестия, как читаем мы в Евангелии, в Своем собственном селении — в Назарете. Но ведь люди, жившие в Назарете, видели до этого Его святую жизнь и Его праведность. Они могли оценить Его благочестие в синагоге, и они слышали, с какой ясностью и легкостью Он объяснял священные тексты, которые Он знал, как никто другой. Они видели чудеса, и Его слава не нуждалась ни в каких СМИ, чтобы достигнуть Назарета. Для них Он был обычным человеком. «Из Назарета может ли быть что доброе?» — говорили в соседних селениях.

Разве не то же может произойти с лучшими учениками Христовыми. «Ученик не выше учителя». И к тому же мы, наверное, не творим чудес в кругу своей семьи.

Тяжело для священника узнавать, что кто-то из его прихожан вступает в брак, пренебрегая венчанием. Тяжело для бабушки не иметь возможности заставить молиться свою маленькую внучку, приехавшую к ней на каникулы, потому что ее дети считают, что она превышает свои права. Наше религиозное поведение часто раздражает наших близких, потому что оно как бы обвиняет их, что они не делают того же. Наша жизнь для них — постоянный повод для упрека, который выражается в таких словах: «Для чего ходить в церковь, чтобы потом злословить других?» Они не упустят ни одной возможности подчеркнуть наши недостатки. Что касается исполнения нами наших религиозных обязанностей, они непременно скажут: «Лучше бы занялись делом!» Нелегко быть пророком в собственном доме.

И на Кресте Господь будет сознавать, что все Его страдания за иудеев, которые по плоти Его народ, ничему не послужат. Опустятся ли у Него после этого руки? Нет, Его проповедь с еще большей силой продолжится после Воскресения. И потому, как свидетельствует Евангелие, отвергнутый сейчас в Назарете, Он идет в соседние селения проповедовать благую весть. Неудача в Назарете будет благом для соседних селений. Он идет, Он начинает сначала. Он напомнит об этом, когда даст Своим ученикам тот же наказ: «И если кто не примет вас и не будет слушать вас, то, выходя оттуда, отрясите прах от ног ваших, во свидетельство на них» (Мк. 6, 11).

Какой христианин не испытывал чувство бессилия перед отказом людей от веры? Но слушают или отвергают — не столь важно. Важно, что они знают, что среди них прозвучало слово правды. Апостол Павел, мы помним, потерпел неудачу в Афинах, но это не помешало ему сказать: «И чтобы я не превозносился чрезвычайностью откровений, дано мне жало в плоть, ангел сатаны, удручать меня, чтобы я не превозносился». «Но Господь сказал мне: «довольно для тебя благодати Моей, ибо сила Моя совершается в немощи»» (2 Кор. 12; 7, 9). Мы должны помнить, что главное заключается не в успехе. Святой Иоанн Златоуст говорит: «Бог требует от нас не успеха, но труда». Мы не должны отождествлять себя с неудачей. Глуп не тот, кто сказал однажды глупость. И неудачник не тот, кто потерпел однажды неудачу. Необходимо извлекать уроки из поражений. Они учат нас смирению. Подобно большему из рожденных женами мы только предтечи, уготовляющие пути для Господа. Поражение учит нас истинному видению вещей. Есть вещи, которые можно видеть только глазами полными слез.

Позднее мы увидим, что часы нашей немощи были, может быть, самыми великими в нашей жизни. Трудности ради Царства Божия, даже когда мы терпим поражение, это и есть подлинный успех. Он в том, чтобы всегда исполнять свой долг. Будем хранить надежду. Эти близкие, которых мы хотим привести к Богу — муж, дети, друзья, враги, — они также дети Божии. Он первый заботится о них. Предадим их в Его руки и дадим Ему действовать наилучшим способом. Может быть, как разбойник благоразумный, многие из них в последний час исповедуют свою веру и войдут с Господом в рай.

«Мытари и блудницы вперед вас идут в Царство Божие», — говорит Христос людям, которые изо всех сил стараются жить по правде, соблюдая все установления данного свыше закона. Как это понимать? Что же тогда такое святость?

И. Должиков, г. Вологда

Христос не требует, чтобы мы стали мытарями (то есть бесчестными вымогателями) и блудницами. Но чтобы мы увидели свою греховность, свою нищету. Именно это имеет значение для духовной жизни. Это и есть покаяние. А оно должно быть каждый день в нашей жизни. В своей ревности о Господе мы всегда готовы сказать «да», но проходит время, и мы оказываемся неверными Ему. Поэтому речь идет о том, чтобы мы признали свою неверность и обратились к источнику целительного милосердия. В нас должен запечатлеться путь, пройденный Христом.

В Послании к Филиппийцам апостол Павел напоминает нам, что Христос, рожденный прежде всех век Отцом, равный Богу, открывает путь спасения как путь смирения. Помним ли мы всегда о первом Его уничижении — о Воплощении Бога, ставшего хрупким Младенцем? Бог становится подобным нам, восприняв наше естество. Тот, Кто вечный и превыше всего, вольно ограничивает Себя временем и пространством. Это первое Его уничижение уже возвещает о Кресте. И это уничижение имеет имя — послушание.

Вся жизнь Христа — послушание Своему Отцу. Этот путь смирения — послушание — единственный способ для нас проверить наше смирение. Мы всегда находимся у кого-то в послушании, начиная, разумеется, с послушания Богу. Но готовы ли мы поступать по Его воле, если не делаем ничего, чтобы узнать ее? Или даже противимся ей, отвращая свой слух от нее? Это послушание не рабское, хотя высшая честь для каждой христианской души вслед за Божией Матерью сказать: «Се, раба Господня». Это послушание вводит нас в тайну любви, и потому освобождает. «Если пребудете в слове Моем, то вы истинно Мои ученики, — говорит Христос, — и познаете истину, и истина сделает вас свободными» (Ин. 8, 31—32). Это послушание возвышает. Отец отвечает на любовь Сына, возвышая Его. Крест, где послушание достигает своего высшего предела, — одновременно слава Божия, ибо Крестом Своим Христос влечет к Себе всех людей, чтобы привести их к Отцу.

Мы обычно думаем, что людей делают святыми героические поступки. И мы знаем, что подвиг мученичества венчает все. Но это не исключительное условие святости. Не напрасно святитель Игнатий (Брянчанинов) говорит, что в покаянии — добавим, как и в мученичестве, — исполнение всех заповедей в полноте. Святые отцы напоминают нам, что быть христианином не означает, прежде всего, быть «хорошим и благочестивым». Напротив, вследствие нашей неспособности быть таковыми, мы должны обращаться за помощью к другому. Нам надо изменить точку опоры, потому что тогда мы сможем принести Богу единственное, что Он не может осуществить без нас, — принесение Ему нашей свободы. Чтобы достигнуть этого принесения нашей свободы, мы должны облечься, как говорит апостол, в чувствования Христовы — смирение, совлечение себя. Плодом этого будет благодатное исцеление всего нашего естества.

Вот что такое святость — следовать за Христом в Его принесении Себя Отцу, устремляясь к Его Крестной славе и Его Преображению.

«Я пришел, чтобы имели жизнь, и жизнь с избытком», — говорит Христос. Вы можете объяснить, что это такое? Жизнь с избытком!

Л.И. Павлюткина, г. Орел

Все Евангелие свидетельствует об этой жизни. Вино на браке в Кане Галилейской было дано с избытком: шестьсот литров! (см. Ин. 2, 6—7). Живая вода, предложенная самарянке, будет течь, совершенно утоляя всякую жажду (см. Ин. 4, 14). После умножения пяти хлебов, когда насытились тысячи людей, осталось двенадцать коробов (см. Мф. 14, 19—20). После чудесной ловли ученики не могли вытащить сети от множества рыб (см. Ин. 21, 6). Но все это только образы. Есть жизнь с избытком — это жизнь Бога.

В самом деле, только Христос открывает поистине бесконечные просторы для человека. Вне Его — человечество строго замкнуто на самом себе. Никакая идеология, никакой политический или общественный деятель, никакое научное открытие не избавит нас от фатальной неизбежности быть только людьми, и это значит теми, кто должен умереть. Но Христос, Богочеловек, избавляет нас от нашей беспомощности и вводит нас в область Божественного. Эта Дверь, Которою Он называет Себя, открывается в бесконечность, в вечность.

Протоиерей Александр Шаргунов

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *