Ответы на вопросы читателей журнала «Русский Дом» — март 2016 г.

Вопрос, который я хочу задать Вам, несомненно, камень преткновения для большинства людей, не решающихся принять христианство. Это вопрос о любви к врагам. Сам по себе он содержит очевидное противоречие: как можно любить того, кто тебе ненавистен? Но главная трудность заключается в невозможности исполнить эту заповедь. Или я должен закрыть глаза на то, что реально существует, и забыть, что этот человек — мой враг? И еще вопрос. В главной христианской молитве «Отче наш» есть слова «и остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должником нашим». Как можем мы сделать то, что явно превосходит наши силы? В таком случае, как можем мы надеяться на прощение Бога?

Л. Д. Харитонова, г. Пенза

Нам, христианам, дана заповедь ― любить врагов наших ― не потому что я забываю, что этот человек ― мой враг. Но любя его ― того, кто остается моим врагом, ― я свидетельствую ему, что Бог любит его, и это может привести его к глубоким внутренним переменам: «И вы будете сынами Отца вашего Небесного; ибо Он повелевает солнцу Своему восходить над злыми и добрыми и посылает дождь на праведных и неправедных» (Мф. 5, 45). Не об этом ли молимся мы непрестанно в молитве «Отче наш»: «И остави нам долги наша, яко же и мы оставляем должником нашим». Обратим внимание на это «как»! Речь не идет о том, чтобы умолять Бога соизмерять Его прощение с нашим, потому что тогда возможность быть прощенными для нас страшно бы ограничилась. Речь идет о том, чтобы мы приобщались тому безмерному прощению, даруемому нам Богом, в наших отношениях с людьми, где наше прощение по отношению к Божественному прощению, которым мы пользуемся, смехотворно мало.

Но надо, чтобы мы приняли этот дар прощения, который предлагает нам Бог. Это и называется покаянием. Вся жизнь христианина определяется даром Христова прощения. Начиная с крещения, которое совершается во оставление грехов. Кто-нибудь с насмешкой скажет: «Как хорошо вы устроились, православные. Согрешили ― покаялись, и тут же получили прощение. И снова можно продолжать грешить». Будем помнить, что самые благородные истины, самые великие тайны могут быть искажены диаволом.

В начале Великого поста и далее, ― Бог даст, до конца наших дней, ― мы будем не один раз запечатлевать наше покаяние таинством исповеди. Но таинство ― не автоматическое смывание наших грехов. Это непрестанное явление Божественной любви в течение всей моей грешной жизни. Я никогда не перестаю быть грешником ― с какой бы решимостью я ни начинал бороться с грехом. Все наши исповеди ― от первой до последней ― свидетельство, чем является жизнь веры: христианин ― грешник, сознающий себя прощенным и прощаемым Богом во Христе Иисусе. Он ― не лучше других людей, но даром Христовым он входит в отношения совершенной любви, он узнает, что такое пасхальная благодать Креста и Воскресения, и это дает ему возможность не отчаиваться.
Иначе говоря, ничто никогда не может быть безнадежным. Слово Божие возвещает нам, что мы не должны никогда отчаиваться ― ни в какой ситуации, сколь бы тупиковой она ни казалась, ни в каком человеке ― в том числе и в таком, кто, кажется, как разбойник, погряз в самых ужасных пучинах зла. Ибо он по дару Христа может первым войти в рай, а я со своей фарисейской праведностью могу оказаться в числе тех, кто отвергает Христа и паки осуждает Его на Крестную смерть.

Дорогой отец Александр! Вы часто пишете о том, что одна из главных опасностей нашего времени — превращение религии в идеологию. Вот показательный пример. Человек говорит, что он верит в Бога, а спроси его, верит ли он в существование диавола — кажется, ответ должен быть очевидным, — он уклончиво скажет: «Да, но не так, как малопросвещенные люди, не в буквальном смысле». Получается, что и в Бога он верит не в буквальном смысле?

А. Шурупов, г. Иваново

Верите ли вы в существование сатаны? На самом деле верите? Вы медлите с ответом. Как многие, как большинство только стоящих на пороге Церкви людей и порой даже переступивших через него. Однако диавол — в моде. Вспомните, какой успех на Западе имел фильм «Экзорцист». И всем известны слова, которые употребляют политики для дискредитации своих противников. Америка давно уже объявила Россию «империей зла», а сегодня называет ее не иначе как «исчадием ада». А исламский лидер Хомейни в свое время и его сегодняшние последователи объявляют Америку «большим сатаной».

Мы знаем, что на Западе, и не только, существуют рок-группы — открытые поклонники сатаны. Специалисты говорят, что слушая их записи в обратном порядке, можно услышать гимн сатане. И уже появилась «церковь сатаны», объединяющая вокруг себя бесноватые толпы. А стотысячные манифестации гомосексуалистов и прочих сексуальных меньшинств? Мы узнаем о кровавых бойнях, вроде той, когда один молодой человек в Норвегии расстрелял около сотни людей. А взрыв террористами нашего пассажирского самолета над Синаем или массовое убийство ни в чем неповинных людей в Париже? И эти ужасы время от времени повторяются — то в одной, то в другой стране. Естественно задаться вопросом, не есть ли это в буквальном смысле бесовская одержимость? Масштабы и глубина зла, присутствующие в них, не могут дать иного объяснения этих преступлений. Всем должно быть ясно, что зло существует. Ну а князь зла? Существует ли он?

Мы слышим в Евангелии, как Христос изгоняет из человека легион бесов. Перед лицом этого события следует избегать двух крайностей. Современные неверующие люди могут отрицать его вследствие необычности. В самом деле, справедливо говорят они, во времена земной жизни Христа всюду видели диавола. Эпилепсия, нервные и психические болезни — все это часто принимали за бесовскую одержимость. Но для нас ясно, что в данном случае Христос имеет дело с одержимым.

Об этом в Духе Святом возвещает Евангелие. Только помраченное неверием сознание может ставить под сомнение чудесный характер дел Христовых. И среди прочего — знание Господом злых духов.

Что хочет сказать нам Слово Божие сегодня? Его цель — показать нам, как Христос возвещает Благую Весть не только Своим учением, но изгнанием злых духов, которое ведет к разумению Его учения. Слушающие проповедь Господа были потрясены. И у них были основания для этого. Это новое учение преподается со властью, не так, как это делали книжники. Они повторяли только то, чему их научили в школе раввинов. Христос не учился в этих школах. Он произносит не заученные слова. Не наизусть. И произносит их с властью, подобно великим пророкам. И с еще более несравненной властью. Для Христа Божественный закон имеет значение освобождения человека, в соответствии с волей Божией.

Это новое потрясающее учение не может не поражать слушающих Его. Сила одержимости, которая так или иначе сокрыта среди них, должна быть разоблачена. Диавол чувствует угрозу, исходящую от этого слова и противится Господу, Который, как сам диавол говорит, прежде времени начал его изгонять.

Одновременно нам открывается важный аспект Благой Вести: она освобождает. Христос освобождает слушающих Его от ига силы, которая держит их в плену человеческих толкований и мелочных предписаний закона. Он пришел, чтобы освободить человека от зла и от диавола. Он вступает в сражение за человека, которое будет вести Его до Креста, где Он изгонит навсегда силы зла.

Итак, мы освобождены. Но до какой степени? Эта решительная победа Христа осуществляется во времени тем, как мы принимаем Благую Весть. Парадоксальным образом победа одержана, но сражение продолжается. Сегодня мы должны проверить на себе, как действует в нас Его сила освобождения. Увидеть, где еще есть у нас связь со злом и с диаволом. Сатана — «человекоубийца от начала» и «отец лжи». Горе нам, если мы употребляем власть и насилие в наших отношениях с ближними. И не стараемся быть для них слугой, как заповедует Христос. Живем ли мы в истине и правде с Богом и нашими братьями и сестрами? Пусть каждое богослужение, которое снова и снова дается нам в наших храмах, станет нашим приобщением чудесам, явленным Господом Иисусом Христом. Только ими мы можем получить освобождение от зла и смерти, от лжи и насильства диавола, и сподобиться дара быть свободными для служения Богу и людям.

Как известно, Великий пост, готовящий нас к Пасхе, установлен Церковью в память сорокадневного поста Господа в пустыне. Христос был искушаем диаволом и победил его, чтобы в наших великопостных искушениях мы рассчитывали на эту победу и приобщались ей. Не надо обладать особенно духовным зрением, чтобы увидеть, как раскрываются эти искушения в мире, не знающем Бога. Скажите, пожалуйста, отец Александр, как, по Вашему мнению, искушения Господа преломляются в духовном сражении христианина, живущего в современном мире, и как он должен готовиться к ним? Мир сегодня, как никогда, вторгается в Церковь и входит в нее с людьми, живущими среди искушений этого мира. Разве не появилось в этих искушениях много нового по сравнению с прежними?

Ю. А. Коржаков, г. Подольск

Не появилось, и никогда не появится. Потому что Христос взял на Себя все искушения, какие будут во все времена со всеми людьми. Другое дело, что зло все более возрастает в мире, и для христианина это прекрасная возможность увидеть, как действует враг сегодня на невидимом фронте. Пустыня, в которой молился Господь, поистине есть образ нашего Великого поста. Пустыня — это место уединения, тишины и молитвы, удаления от шума и суеты обыденной жизни, от бессмысленных и вредных общений, опустошающих нас. Разумеется, мы продолжаем ходить на работу, исполнять свои каждодневные обязанности, однако все заключается в том, чтобы, даже живя среди мира, создавать  в себе — каждому в своей мере — эту священную пустыню.

Но не думайте, что в этом покое и тишине вы будете избавлены от искушений. Мы несем с собой наши немощи, и бесы оказывают свое воздействие на эти места уединения, которые вызывают у них злобу и раздражение. Если Христос был искушаем, какой человек будет свободен от этого? И разве мы не нуждаемся в том, чтобы в этом нашем испытании реально явить свою волю в согласии с волей Христовой? У нас будут в течение этого Великого поста три великих искушения, которые описаны в Евангелии.

Искушение — иметь. Оно питает у живущих в мире без Бога все дела. Именно от него исходят такие страшные грехи и преступления, разъедающие жизнь современного мира, как коррупция и взяточничество. Средства массовой информации говорят об этом зле уже как о некоей неизбежности каждый день. Но кто из нас понимает, что природа его та же, и столь же отвратительна, когда мы не храним установленного святой Церковью воздержания? Прежде всего в пище, и в первую очередь — как бы ни казалось это неверующим людям странным — в пище телесной. У нас может внезапно появиться острое желание полакомиться чем-то вовсе непостным. Но пост — в том числе телесный — существует, и он исходит не только от сорокадневного поста Спасителя в пустыне, но и от Его Великой Пятницы.

Искушение власти. «Ярмарка тщеславия» — то, что представляют в современном мире президенты всех мастей и категорий (начиная от президентов мелких фирм и кончая главами государств). Более чем наивно полагать, что диавол, боясь нашей молитвы, оставит пустыню, чтобы сосредоточить все свои силы в политических и экономических схватках и соперничествах.

И наконец, искушение — купить Бога. Искушение по преимуществу тех, кто прилагает все усилия в строгом хранении поста и верит, что он заслуживает особого воздаяния от Господа — быть чудесно облагодатствованным Им. В мире это, как известно, искушение тех, кто хочет изменить существующий порядок одной человеческой силой.

Итак, начало начал постоянного великопостного освобождения — дать место Господу, создать в себе драгоценное место — ту нищету и пустоту, которую Господь мог бы заполнить Собой. Счастлив человек, который избавится от всего бесполезного, чтобы туда вселился Господь. Броситься с доверием в «объятия Отча» — значит взять и принять все, что дает Бог. Он никогда не дает часть или половину. Бога нельзя купить, и Он не продает — Он дает. Он отдает Себя.

Протоиерей Александр Шаргунов

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *