Как любить тех, кого мы ненавидим?

Слово в Неделю 17-ю по Пятидесятнице

Никто не может любить своих врагов — это неестественно, это невозможно. Как неестественно и невозможно для нас не умирать. Однако именно о такой любви говорит нам Христос. И кто не хочет последовать слову Его, не может быть назван христианином. Христианин — тот, кто Христов. Кто стремится по дару Христа уподобиться Богу.

Бог сияет солнцем и проливает дождь на праведных и на неправедных, и христианин должен быть добрым по отношению к тем, кто приносит ему радость, и точно также к тем, кто огорчает его. Бог обнимает на Кресте святых и грешников, и наше отношение к другим людям не должно колебаться в зависимости от того, что они делают нам. Пусть они оскорбляют нас и причиняют нам зло, мы должны стараться от всего сердца желать им, как говорит святитель Игнатий (Брянчанинов), истинного высшего блага. В этом и заключается любовь к врагам.

Но для этого мы прежде должны сами искать для себя высшего блага и знать его. Тем не менее мы не сможем ни за что достигнуть его, если не будем устремляться к тому, что открывает нам сегодня Христос. Он и раньше давал нам благодать только ради этого.

Мы думаем, что быть христианином — это соблюдать правила и установления церковные, что христианство заключается в добрых делах, и никогда не рискуем идти далее — до того, что может нам по-настоящему дорого стоить. Но только здесь мы можем узнать, что есть истинное благо, что есть истина, увидеть свет любви, который преображает все.

Здесь Христос, дар Христов, плоды Его Креста. Это мы должны услышать, если хотим слушать, что говорит нам Бог. Пусть никто не скажет: «Это не для нас, это слишком высоко. Довольно с нас того, что мы уже делаем». Да, необходимо смиренное сознание, что это выше наших естественных сил, необходим каждодневный труд смиренного послушания Церкви во всем, что она хранит. Но мы должны всегда помнить, что это существует ради самого главного — ради истинных наших отношений с Богом и со всеми людьми. Ради того, чтобы наступил у нас наконец благодатный переворот всех ценностей, всех жизненных ситуаций. Вместо того чтобы спрашивать, почему этот человек не улыбается мне, спросить, почему я не улыбаюсь ему. Вместо того чтобы удивляться, почему этот человек не помогает мне — почему я не помогаю ему. Вместо «почему он не любит меня» — почему я не люблю его. Мы должны знать ответ на этот вопрос: как любить тех, кого мы ненавидим, и не лгать себе, что наши внешне любезные с ними отношения и есть подлинная любовь. Как избежать иллюзии, что любовь достается легко?

Святые отцы говорят, что величайший дар, какой только мы можем дать другому человеку, — это Христос. Каждый день мы встречаемся с теми, кто не знает Христа, и кто больше всего на свете нуждается в этом знании. Мы можем приобрести ненавидящих нас только Христом. Но невозможно дать другим то, что мы сами по-настоящему не имеем. Бог стал человеком, чтобы мы стали людьми в полноте наших дарований, в полноте нашей свободы, чтобы мы освободились от всего, что есть в нас нечеловеческого.

Христос хочет дать нашей жизни измерение Своей. Он отдает нам Себя, чтобы мы научились Его любви. Он дает нам эту власть бесконечной любви, ибо, как говорит апостол, «любовь Божия излилась в сердца наши Духом Святым» (Рим. 5, 5). Духом Святым тайна Божией любви становится нашей, и уже здесь, на земле, мы вкушаем от заповедей Его, потому что Христос воскрес из мертвых. Это любовь, которая побеждает смерть. Это любовь, которая крепче смерти и всякой ненависти, всякого зла. И в ней — свидетельство нашей веры: любовь крепче смерти, если это подлинная любовь, а не видимость любви. Подлинная любовь идет до конца своего призвания. И даже среди предельного торжества зла и смерти ни на мгновение не теряет надежды.

В той мере, в какой мы даем Богу жить в нас, узнаем мы, что Христос — «Спаситель всех человеков, наипаче же верных» (1 Тим. 4, 10). Ради каждого Он принял смерть и каждого зовет по имени — в том числе тех, кто отвергает Его и ненавидит нас. И потому Церковь призвана быть живым Евангелием, чтобы каждый мог увидеть, что он любим Христом. Однако путь к этой пасхальной вести идет через крест. Разумеется, легче нести крест в торжественных крестных ходах, водружать его на холмах, вдоль дорог и даже на куполах вновь построенных храмов. Но это мало что будет значить, если Крест не будет прорастать в нас Древом жизни.

Радость Христовой любви проистекает из веры, которая, в свою очередь, является плодом великого события. Более того, наша вера — длящееся всегда присутствие этого события — победы над злом и над смертью. Наша вера и наша надежда, и наша любовь к врагам неотделимы от победы, как плод от дерева. Что такое плод без дерева, на котором он растет? И что такое дерево, не имеющее плода?

Протоиерей Александр Шаргунов

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.