Архнацизм с видом на Кремль

В 2014 в Москве совершено особо тяжкое преступление.

Застройщиком, возводящим «жилой комплекс премиум класса» SKY HOUSE по проекту Архитектурного бюро «Остоженка» (руководитель Александр Скокан) вероломно и варварски уничтожен уникальный и поистине бесценный памятник русского искусства 1930–1950-х годов, имевший огромное градостроительное и художественное значение для Русской истории и культуры.

Преступники подчистую снесли 200-метровую ограду стадиона Труд (бывшего стадиона завода Красный Пролетарий), выходившую на красную линию Мытной улицы.

Памятник и его фрагменты.

Памятник и его фрагменты.

Утрата невосполнима.

Брутальная и уютная одновременно, декорированная афористичными рельефами в пилонах и гирляндами в центральных пряслах, монументальная постройка градостроительно «держала в тонусе» огромную часть старой Москвы – район Конной площади, властно диктуя правильный масштаб архитектурной среде и столь же властно подчиняя вменяемых граждан обязательной и общей для всех исторической памяти.

Для старой Москвы этот объект представлял не меньшую ценность, чем ограда Летнего сада для старого Петербурга.

Монументальная постройка поражает лаконизмом и выработанностью архитектурного языка. Столь высокая отточенность и заостренность выражения при крайней простоте средств свойственна только лучшим памятникам русского ампира и позднего конструктивизма.

Памятник и его фрагменты.

Памятник и его фрагменты.

Памятник и его фрагменты.

Памятник и его фрагменты.

Памятник и его фрагменты.

Памятник и его фрагменты.

Памятник и его фрагменты.

Памятник и его фрагменты.

Памятник и его фрагменты.

Памятник и его фрагменты.

Памятник и его фрагменты.

Памятник и его фрагменты.

Памятник и его фрагменты.

Энтазис (расширение колонны, пилона или стены книзу) в классической постройке дает зрительный сигнал неподвижности, неизменности и покоя. Этот энтазис, или повал стены стадиона на Мытной был намеренно акцентирован неизвестным зодчим.

Торжественной значимости образа соответствовал сильный прямой цоколь, накрытый уплощенным обратным гусем. Он мастерски «отбивал» невысокую постройку, мощным и драматичным аккордом давая начало архитектурной фразе.

Раскреповка стены виртуозна. Треть высоты отдана гладкому фризу с мощными замками над западающими средниками пилонов. Две трети занимают квадры бегущего руста, состоящего из пяти регистров, из которых средний и нижний кажутся толще остальных трех.

Завершение стены в виде пустого повышенного фриза с его лучковыми дугами в абрисе центральной входной группы и редкими скульптурными антидугами гирлянд под ними – не что иное, как фермата в конце партитуры. Если не симфонии — то скрипичного концерта, где солирующим инструментом была штукатурная поверхность стены, оркестром, задающим тему – неуловимый в своей четкости контур пилонов, прясел и металлических решеток.

Артистично вылепленная монограмма завода «Кр П» в венке из лавра венчала средний столбец решетки. Чугунное литье было высочайшего уровня.

Памятник остался необмерянным и неисследованным. Никаких научных атрибуций выявить не удалось.

Невостребованными остались и великая степень обобщения образа, и его сознательная гиперболизация и даже гротеск в рамках классики – недостижимая высота, лебединая песнь московского архитектурного академизма.

Академизма, в своем обреченном мастерстве стоящим рядом с домом Амабелек – Лазорева и «Красными воротами» Ивана Фомина.

К величайшему несчастью Русской культуры, адрес памятника совпал с адресом широко рекламируемого вип-объекта.

Этот адрес: Москва, ул. Мытная, вл. 40-44

Проект и вид на стройку карателей.

Проект.

«SKY HOUSE» – это жилой комплекс премиум класса, расположенный в одном из живописнейших районов Москвы, в Замоскворечье. Роскошный жилой комплекс включает в себя четыре корпуса (по двадцать два и двадцать девять этажей). В ЖК представлены квартиры свободной планировки площадью от 57 до 167 метров. Инфраструктура включает бассейн, салоны красоты, ДЮСШ, игровые площадки, футбольное поле, тир и многое другое. Комплекс гармонично разделен на жилую зону и офисную часть, представленную девятиэтажным зданием.

Каждый корпус оснащен тремя скоростными лифтами. «SKY HOUSE» может похвастаться просторной огороженной территорией. Отличительная черта комплекса — великолепное панорамное остекление внешнего периметра, придающее зданию современный, футуристический вид. Инфраструктура комплекса включает стадион, игровые площадки и детский сад.

Территория жилого комплекса «СКАЙ ХАУС» полностью благоустроена, придомовая территория составляет 3,4 Га. Ландшафтные дизайнеры создали великолепные прогулочные зоны, украшенные малыми архитектурными формами и элементами декоративного освещения.

Особенность жилого комплекса SKY HOUSE — это продуманные планировочные решения квартир от 54,4 до 182,8 кв.м, все квартиры предлагаются со свободной планировкой. Все окна панорамные, практически из каждой квартиры открываются прекрасные виды на центр Москвы.

Инфраструктура жилого комплекса SKY HOUSE включает в себя:

современный многофункциональный спортивный комплекс с бассейном и большим тренажерным залом, полноразмерное футбольное поле, современный тир с подвижными мишенями, детско-юношеская спортивную школу, массажные и косметические салоны, детскую игровую площадку.

Собственная инфраструктура ЖК «Скай Хаус» позволит наслаждаться полноценной, активной и комфортной жизнью, не выходя за пределы территории.

Безжалостное и циничное преступление совершено группой неизвестных преступников.

Преступление настолько серьезно, что лишь следствие вправе установить виновных.

Однако признаки преступления усматриваются как в действиях проектного бюро «Остоженка», так и преступном бездействии органов охраны памятников культурного наследия.

Первые взяли на себя ответственность за «благоустройство» территории вторжения, вторые, проигнорировав обращения общественности (см . например: http://www.yakimanka.ru/koshmar-na-ulitse-mytnoy-3936.html, http://www.liveinternet.ru/users/746251/post140111008/, http://wlad11.livejournal.com/243712.html) и собственный мониторинг, не поставили памятник на государственную охрану. На одном из порталов Правительства Москвы ограда до сих пор значится как заявленный объект культурного наследия.

К акту вандализма причастен архитектор Александр Скокан и его сотрудники:

Название компании: Архитектурное бюро «Остоженка»

Генеральный проектировщик: Компания Архитектурное бюро «Остоженка»

Архитектура: Компания Архитектурное бюро «Остоженка»

Руководитель: Александр Скокан

ГАП

Валерий Каняшин

Авторский коллектив

ФИО: М. Дехтяр Е. Белоусова М. Кудряшов М. Муравьёва М. Матвеенко

Вот чьей постройке помешал памятник русского зодчества!

Очень яркое, хоть и косвенное, признание вины находим в описании авторской концепции.

«Архитектурный проект жилого комплекса — это образец современной застройки в стиле hi-tech, фасадные поверхности облицованы разноцветными зеркальными панелями, неправильная геометрия зданий призвана подчеркнуть авторскую концепцию — квартал является стилистической проекцией большого города».

Нет. Квартал не является стилистической проекцией Москвы. Так как «авторская стилистическая концепция» выражена неспецифически. То есть — неархитектурно. Это всего лишь вербальный лозунг.

Издевательский обратный энтазис – прописи постмодерна.

Издевательский обратный энтазис – прописи постмодерна.

Но для сообщества постмодернистов, хвалящих «новое платье короля» – да, в этих неправильной формы зеркалах – «большой город». Пластически, художественно – нет, так как тектоника и материал этих поверхностей декларативно заявляет о своем отторжении, а не о перекличке или о проекции на себя архитектурной ткани исторического города.

Иными словами, авторы ставят посреди города огромный экран, рефлектор или зеркальное трюмо с неправильной геометрией. «Вот этот город в его стилистической проекции».

Точнее: «вот вам, русские, ваш город. Вот вам ваша культура в правильной проекции».

Но откуда такая ненависть и отвращение?

Очевидно, гламурные «малые архитектурные формы» А. Скокана, Коняшина, Дехтяра, Белоусовой, Кудряшова, Муравьева и Матвеенко не выносят соседства с формами русской архитектуры. При появлении на свет Божий «великолепных прогулочных зон» и «ландшафтного дизайна премиум класса» – высокая культура, историческая культура — должна умереть.

Ограде стадиона Труд разрешено было постоять, пока была не готова «вещь».

Как смерть от идеологов «небесной сотни» прописана тысячам русских унтерменшей: «ватникам», «алкашам» и «совкам», как преподавание на русском несовместимо с государственным статусом мовы, так точно предписана смерть от сотен «небесных хаусов» — артефактам подлинной, еще прекрасной, хоть и заплеванной, России.

И это – русофобия и нацизм.

Для мастерской «Остоженка» ограда «Труда» на Мытной – не архитектура, а унтеркюнст.

Ее — шедевр русского советского искусства — выбросили как упаковку купленной в бутике вещи, лишь только памятник русского искусства стал загораживать собой вид на памятник скай-нацизма.

Как для русофобов русские – «не автохтонная нация», — так для архнацистов не существует русской архитектуры как предмета учебы и преемственности. Это только немая среда «этой страны». Вид на Кремль, вид на Замоскворечье, на Мытную и Серпуховскую – приветствуется и авторами и обитателями скайхаусов. Русский хорош как антураж, как статист. Как хороша для них водка, баня, клюква.

Но ограда на Мытной не была немой.

Она властно произносила свое архитектурное слово, обличающее самозабвенно- бесчеловечную халтуру таких как Скокан, Скуратов, Чобан&Кузнецов и Каняшин — диктуя классически выработанным и ясным архитектурным языком, обращенным к гражданам города и страны – человеческий масштаб, человеческое, — усиленное тысячелетней классикой артикуляции текста стены, его ударений и пауз – высказывание о порядке. О нравственном порядке, где низы нельзя сделать верхами. Где к прохожему обращаются на «вы». Именно так своей фактурой, рельефами, своими соразмерными персту, пяди и локтю человека пропорциями, своим мягким штукатурным рустом и твердым чугунным литьем – обращалась к человеку ограда на Мытной.

Последний вид на ограду

Последний вид на ограду

012

Уста обличителей затыкают, а если это не удается – убирают. Чтобы не обличали.

Ведь они учились в МАРХИ у Ивана Таранова, Бориса Мезенцева и Зинаиды Чернышовой, слушали Брунова и Герасимова.

Поэтому в глубине души они знают, что творят.

И так как такая архитектура обличает и препирает их, то эта постройка – «террорист», подлежащий расстрелу карателями.

Место памятника после его уничтожени

Место памятника после его уничтожения стройкой SKY HOUSE по проекту А. Скокана.

Протоиерей Владимир Переслегин

Добавить комментарий

%d такие блоггеры, как: