Вход Господень в Иерусалим

Вербное воскресенье. Вход Господень в ИерусалимВо имя Отца и Сына и Святаго Духа.

Вход Господень в Иерусалим — событие, в котором множество граней. Все превосходящая радость — земная и небесная, и одновременно печаль, которая вдвойне мучительна из-за отвержения Христа, несколько дней спустя, иудейскими властями и народом, и осуждения Его на Крестную смерть.

Несколько планов накладываются один на другой. Прежде всего, обетования Ветхого Завета — Мессия восставит Царство Божие, не как предводитель победоносного воинства, но Он придет, смиренно восседая на осле, чтобы упразднить в Израиле военные колесницы и боевые конницы. Потому что война завершена, и мир пришел к народам (Зах. 9, 9). Во-вторых, к этому добавляется ожидание современников, иудеев, пришедших на праздник Пасхи: это новый пророк из Назарета, который установит Царство Мессии — то, что возвещают толпы: «Благословенно грядущее во имя Господа царство отца нашего Давида!» (Мк. 11, 10). Они ждут наступление царства мира, как ясно свидетельствует об этом народ: «Мы слышали из Закона, что Христос пребывает вовек; как же Ты говоришь, что должно вознесену быть Сыну Человеческому? Кто Этот Сын Человеческий?» (Ин. 12, 34). Мы видим здесь полное неведение народа — вполне нам понятное. Они слышат о воскресении Лазаря — то, что превосходит всякое воображение, — ожидаемое Царство приходит! И если мы спросим, чего же ждали ученики, столько раз слышавшие от Христа о предстоящих Его страданиях, мы можем сказать, что они ждали только того, чего ждал народ. Даже после Воскресения они спрашивают: «Не в сие ли время, Господи, восстановляешь Ты царство Израилю?» (Деян. 1, 6). И Сам Господь, наконец, — что думал Он об этом, соединяющем «ангелов хваление и детей воспевание», и в то же время ярмарочном торжестве? Может быть, Он молил Отца, как в Гефсимании, чтобы Его миновали те страшные страдания, которые Он ждет, это человеческое непонимание — постоянное и неодолимое? И чтобы после этого часа власти тьмы — Он, Чье Царство не от мира сего (Ин. 18, 36) — Своей силой и действием Святого Духа мог ввести всех в Свое истинное Царство, которому не будет конца.

К этому древнему пророчеству, к надежде народа, к ожиданию учеников и предведению Господа следует добавить наши мысли и чувства, совершающих сегодня этот праздник в Церкви Христовой. В своем богослужении Церковь следует за Своим Царем, при пении «Осанна!» входящем в Иерусалим.

Что ждет сама Церковь? Ждет ли она сегодня еще нечто решительное, что может определенно изменить течение истории, — как это было с богоизбранным народом и учениками Христовыми? Стал ли этот праздник для нас праздником, который возвращается каждый год, или привычка к нему ставит многих как будто принадлежащих Церкви в один ряд с прочими — не имеющими упования? Сегодня как никогда уместно задать этот вопрос. Во времена Ветхого Завета верующие ждали Царство Мессии на земле, царство мира, где они «перекуют мечи свои на орала, и копья свои — на серпы» (Ис. 2, 4). Разве призвание Церкви не в том, чтобы заботиться о будущем мира и трудиться ради наступления вечного праздника Христа Царя как «Царства любви, правды и мира»? Но как достигнуть установления справедливости на земле, не восстановив вначале порядок, не исходящий из лжи и насилия? Не имея различения духов, не ужасаясь этой почти всеобщей теплохладности, которая является естественным следствием погони большинства людей за земным благополучием?

Россия погибает — что делать? Каждый пусть даст ответ, если она дорога ему. Но будем знать — те, кто сегодня осуществляет духовное сопротивление, которое может привести в темницу и на муки, являют знамение подлинного Христианства. Их свидетельство более значительно, чем все остальное, ибо оно взывает к покаянию, к внутреннему обращению совести, и оно выбивает почву под ногами сильных мира сего, объявляющих себя атеистами или православными. Есть только один путь, ведущий в Царство любви и мира. Но до тех пор, пока в человечестве будет утверждаться сила и власть сильных над слабыми, это Царство будет предельно хрупким, и ему всегда будет угрожать опасность.

Ныне время задуматься о силе и цели торжественного Входа Господня в Иерусалим. Христос знает, что Его ждет: крики «распни Его!» и жестокая смерть среди насмешек Израиля: «Других спасал, Себя ли не может спасти? Если Ты — Сын Божий, сойди со Креста, и мы уверуем в Тебя» (Мф. 27, 40-42). Он знает также, что этими искупительными страданиями за грех мира, Он откроет людям доступ к пониманию замысла Божия и Его Царства. Двери Царства откроются Крестом, и больше ничем и никак. Только Крестом мечи, которые суть сердца человеческие, перекуются на орала; и копья, которые суть наши злые намерения, — на серпы, потому что приближается обильная жатва.

Какой путь для нас открывает сегодняшний праздник? Следуя Господу — то, что составляет самую суть христианской жизни, — мы не можем достигнуть Царства Божия, кроме как через смерть. Что это значит? О какой смерти идет речь? Прежде всего, — о естественной, неизбежной для нас смерти, которая кружит над нами все дни нашей жизни. Неудивительно, что мир, не знающий Бога, отвергает ее. Смерть делает ложными все надежды человечества на будущее. Однако не существует никакого будущего без смерти. Человечество — это смена поколений, то есть смена зачатий, рождений и смертей. Не существует иной возможности для нас, кроме того времени, которое нам дано. И мы знаем, что завтра смерть поглотит нас.

Как обрести способность встретить конец свободно и с достоинством, и не быть угнетенным страхом? Мы ответственны за время, которое нам отпущено. Но мы должны жить не ради неопределенного послезавтра, а сегодняшней нашей жизнью, где от нас конкретно зависит слишком многое. Церковь призывает нас быть осторожными относительно каких бы то ни было прогнозов о будущем. Но мы должны помнить о несравненно более важном. Смерть Христа всегда будет событием, в котором фатальность человеческого существования, частью которого является смерть, была однажды преодолена навсегда — ради жизни вечной. Мы, люди, отмечены знаком смерти. Но крещением нам дана новая жизнь во Христе, и она заключается в том, чтобы спогребстись Ему — умереть с Ним и воскреснуть с Ним.

Церковь призвана показать всем дорогу, которая от тщеты всего земного ведет в Царство Христово. Не должно быть никаких иллюзий. Входом в Иерусалим Христос входит в смерть, чтобы явить полноту истинной жизни за пределами Креста — в человеческой истории, но в той, которая возвышается над историей в вечной жизни. «Если пшеничное зерно, пав в землю, не умрет, то останется одно; а если умрет, то принесет много плода» (Ин. 12, 24). В этом заключается тайна Христианства: кто строит свою жизнь по слову Господню, устремляясь к вечному Царству, становясь, по дару Христа, кротким, милостивым, миротворцем, чистым сердцем, алчущим правды Божией, смиренным и нищим духом, тот способен преобразовать историю мира глубже и надежней, чем все сильные мира сего, для которых только сила имеет значение.

То, что не может быть осуществлено на земле с точки зрения политической, экономической и социальной — то есть Царство Божие и его правда, — это Господь зовет нас искать прежде всего (Мф. 6, 33). И именно это придает всему земному смысл и прочную ценность.

И далее — то, что вытекает из предыдущего. Недостаточно, чтобы мы, христиане, устремляли наш взор со Христом к вечному Царству, за пределы смерти и возвещали его. Мы призываемся сегодня, вземше крест Христов, последовать за Господом и «восполнять в теле нашем ради Церкви и мира недостающее страданиям Христовым» (Кол. 1, 24). Всем, кто страдает в мире — больным, умирающим, заключенным в темницу, мучимым, угнетаемым, нищим — не имеющим здесь надежды, да будет дано знать во Христе, что они не осуждены на бессилие. Но, соединяя свое страдание со страданием распятого Сына Божия, они могут участвовать в создании истинного Царства Божия более действенно, чем все архитекторы земного счастья.

Несомненно, христиане должны делать все, чтобы облегчить нынешние и будущие беды человечества. Но мы не должны при этом забывать Господни заповеди блаженства, в которых — избыточествующая жизнь, исходящая из страданий Креста Христова: «Блаженны нищие, ибо ваше есть Царство Божие. Блаженны алчущие, ибо вы насытитесь. Блаженны плачущие ныне, ибо воссмеетесь». Но «горе вам, богатые, вы уже получили свое утешение. Горе вам, пресыщенные ныне, ибо взалчете. Горе вам, смеющиеся ныне, ибо восплачетесь» (Лк. 6, 20-24). Перед судом этих слов, что значит этот мир богатых и сытых, ищущих все большего богатства и насыщения!

Сегодня мы смешиваемся с ликующей толпой, приветствующей Мессию криками «Осанна!» Необходимо, чтобы мы глубоко осознали, что у нас есть только один Царь и Мессия. Что Он один знает путь в Царство Божие, и открывает его нам. И оттого что Он открыл этот путь для нас раз и навсегда, мы можем, и мы должны следовать за Ним. На Тайной Вечери Симон Петр спросил Его: «Господи, куда Ты идешь?» Иисус ответил ему: «Куда Я иду, ты не можешь теперь за Мною идти, а после пойдешь за Мною». (Ин. 13, 36). Аминь.

Вход Господень в Иерусалим

Во имя Отца и Сына и Святаго Духа.

Праздник Входа Господня в Иерусалим — возвещение нового времени, нового мира. Ныне человеческому роду дан Спаситель. Необычность Его явления заключается в том, что Он нищ, кроток и смирен сердцем. Царь, восседающий на осле! Никогда не было видано такого!

Откуда взялось это древнее как мир недоразумение, эта ничем не разрываемая связь между Успехом и Могуществом, между Спасением и Силой? Это недоразумение, которое продолжается, увы, до наших дней и, кажется, все ощутимее тяготеет над нашим миром, нашими человеческими обществами, и порой — над нашими Церквами. Это содружество с властью, силой, это ослепление, этот гипноз, осуществляемый деньгами — разновидностью власти и насилия.

Апостол Павел напоминал в свое время христианам, что они уже не под властью плоти, то есть силами мира сего, но под властью Духа. Дух, оживотворяющий изнутри, ведет нас к совершенно иным победам, чем те, которые достигаются с помощью колесниц и коней. Дух, сокрушающий луки и становящийся источником вечного мира для всех народов. Это сознавали пророки и созывали Иерусалим на праздник радости, потому что вот, наконец, Царь грядет кроток, восседая на маленьком ослике. Царь, Который разорвет этот замкнутый адский круг, связанный с внешней силой, и утвердит Могущество смирения и любви.

Устремленное к Богу святое человечество всегда противостояло этой надежде на «конницу», которая уводит от истинных ценностей и становится причиной поражений богоизбранного народа, ищущего своего спасения в сокрушении внешних врагов, в блестящих военных победах. Через всю человеческую историю как эхо гремит это псалом: «Коня и всадника ввергнул в море». Но как трудно, почти невозможно, принять идею спасения оттуда, где предельная немощь, где полное поражение, совершенная нищета и самое главное — переход через смерть.

Однако, мало помалу, из века в век, эта тайна приоткрывается пророками. Исайя более всех прозревает ее, предчувствуя в Духе Святом приход страждущего, уничиженного, гонимого Мессии.

Иисус Христос, Сын Давидов, совершит Свой вход в Иерусалим, восседая на молодом осле. Не для того, чтобы вызвать у всех удивление, а для того, чтобы явить ценности нового мира, возвещенные Захарией и пророками, для того, чтобы воссияла красота заповедей блаженств. Христос говорит, что есть некое согласие между этими ценностями и малыми, смиренными, нищими, которые чувствуют себя хорошо, как у себя дома, среди них. В отличие от книжников и фарисеев, от интеллектуалов и ученых они обладают иным разумением — сердца и веры, и уже предощущают, что здесь — истина, красота, жизнь, любовь.

«Никто не знает Сына, только Отец, и Отца никто не знает, только Сын, и тот, кому Сын хочет открыть». Только эта исключительная связь с Отцом Небесным — связь любви — существует для каждого человека. В ней вся подлинная мудрость нового мира. В ней — такая подлинная нищета, в которой богатство Самого Бога. Потому в праздник Входа Господня в Иерусалим наше ликование соединяется с ликованием всех, кто из глубины веков идет к своему Спасителю, и всех, кто когда-либо после нас будет идти к Нему. Вот уже две тысячи лет, движимые благодатью Духа Святого, все любящие Бога идут этой дорогой вслед Христу.

Для нас достаточно привести один пример — сонм новых мучеников и исповедников Российских, и в особенности нашего святого мученика Царя. Они свидетельствуют до смерти, что любовь, а не зло, может победоносно одолеть самые мрачные вызовы, брошенные человечеству нашим временем. Аминь.

Вход Господень в Иерусалим

Во имя Отца и Сына и Святаго Духа.

Входом Господним в Иерусалим открываются Страшные Страсти и Крест Господа нашего Иисуса Христа. То, что присутствует с человеческим родом каждый день. Достаточно послушать в новостях сообщения об убийствах, о тюрьмах, о разгуле преступности, о том, что постоянно наполняет нашу землю. Мы живем в самой гуще зла и страданий. Зло завоевывает наш мир, проникает в него со всех сторон. Это постоянное присутствие зла в мире, непрестанное погружение в безымянную бездну — страшно. Мы не можем ее представить, потому что только Господь может знать глубины зла. Вход Господень в Иерусалим и Страшные Страсти Христовы присутствуют в жизни всех людей — не только убиваемых, не только тех, кого лишают жизни, не только в странах, где народ издыхает под гнетом тиранов. Господь восхотел войти туда, где самое сердце нашей жизни.

С каким ликованием встречают люди Господа в этот день! Но мы знаем также, что Страсти Христовы включают в себе все предательства, все, что только возможно совершить подлого по отношению к человеку. Христос будет оставлен Своими — теми, кого Он любит больше всех. Он будет предан целованием. От Него отречется тот, кто от всего сердца клялся душу свою положить за Него. Все будет происходить так, как если бы всю жизнь Христа окружало только предательство и непонимание. Такое полное непонимание, что Христос войдет, приветствуемый восторженными криками, в ночь мира, и Гефсимания вместит в себя все страдания всех людей. «Отче, все возможно Тебе, избавь Меня от Чаши сей! Однако не как Я хочу, а как Ты».

Дети поют: «Осанна!» и машут цветущими ветвями, все готовы подстелить Ему под ноги лучшее, что у них есть. Но скоро откроется вся жестокость, какая только есть в мире. Он будет предан, Он будет оклеветан, Он будет подвергнут издевательским насмешкам. Ему будут кланяться как Царю, Его оденут в багряницу, будут бичевать, возложат на главу Его терновый венец, и скажут: «Вот Спаситель». Когда Христа возведут на Крест, первосвященники и книжники начнут глумиться над Ним: «Других спасал, а себя не может спасти! Пусть Мессия, Царь Израилев сойдет со Креста. И мы увидим, и уверуем в Него».

Самое жестокое и отвратительное глумление, абсолютная оставленность ожидают Того, Кто окружен сейчас всеобщей любовью. И Его молитва: «Боже, Боже Мой, зачем Ты Меня оставил?» — вопль ужаса, который станет всецелой самоотдачей; ужаса, потому что Ему предстоит прикоснуться ко всему злу мира, прежде чем наступит торжество воскресения. Мы предстоим перед этой тайной в Вербное воскресение, перед тайной Господа, берущего на Себя все наши страдания. «Бездна бездну призывает» — этот псалом пророчески возвещает о Входе Господнем в Иерусалим. Перед нами раскрывается бесконечная глубина зла и одновременно несравненно более бесконечная глубина любви. Эту бесконечную глубину любви Христос являет до конца. Господь избирает этот путь — до полного самоотвержения, до смерти, чтобы спасти нас — в надежде. Чтобы мы могли нести крест этой жизни, чтобы мы могли не отчаиваться, но исполняться надеждой, самой невероятной, посреди торжества зла в этом мире, чтобы мы могли иметь веру и надежду и быть свидетелями надежды. Господь не прячется от зла. Он входит в глубины зла, как никто никогда не входил в них. Он открывает, что грех поражает наши души смертельным укусом древнего змия — подчиняет нас лжи и лишает общения с Богом.

Господь хочет дать нам надежду, и в этот праздник Входа Его в Иерусалим Он зовет нас веровать, что все истинное совершается в надежде. Мы знаем, что после смерти Христа на Кресте «завеса Храма разодралась от верхнего края до нижнего. Сотник, стоящий там и видя происходящее, воскликнул: «Истинно Человек Сей был Сын Божий» (Мк. 15, 36). Разодранная завеса Храма означает, что теперь существует только один Храм — Тело Христово. Храм Тела Христова, который составляем мы, ученики Господни со всеми, имеющими войти в это Тело — Церковь.

Поистине, Человек этот — Сын Божий. В Его приношении Себя за жизнь мира дается надежда на созидание Храма, который есть Церковь. Церковь созидается среди жестокости мира и зовет всех к вхождению в нее. Будем молить Господа о даре этой глубокой надежды, которую мы так часто теряем. Эта надежда уже сегодня открывает нам Воскресение Христово. Ныне в день Входа Господня в Иерусалим мы радуемся о Господе, мы возвещаем Его Царство, великолепие Его света и Его любви. Он уничижил Себя до предела, чтобы возвести нас с Собой к высотам Своего Небесного Отца. Он умалил Себя до конца.

Ныне Господь совершает вход в глубины зла и смерти, чтобы мы, восходя с Ним, составили Церковь. Он зовет всех к новой встрече с Ним, чтобы мы поистине стали другими людьми. Жизнь дается нам для того, чтобы мы стали новыми людьми, чтобы мы обновились новизною Христовой, всем, что есть у Христа, Его любовью. Праздник Входа Господня в Иерусалим исполнен ликования, потому что он возвещает нам о любви Бога к людям. Мы все любимы Богом. Каждый из нас любим Им в самой сокровенной нашей глубине, там, где мы сами себя не знаем. Господь любит нас как никто на свете не может любить. Он ищет нас, Он хочет, чтобы мы все сегодня вышли с вербными ветками и крестами в руках навстречу Ему. Чтобы все узнали, что Он — любовь, истина, мир, кротость, смирение, Он зовет нас к полноте любви.

Предадим нашу жизнь в самой сокровенной ее глубине Господу, не думая о том, куда Он нас поведет. Он поведет нас за пределы всего, что мы можем представить. Предадим себя Ему до конца. Будем вопить к Нему о нашей беде. «Осанна в вышних!» Господи, спаси же, мы погибаем! Вся Церковь есть Церковь кающихся и Церковь погибающих. Будем молить Господа, выходя навстречу Ему, чтобы Он встретил нас. Как только Один Христос может встретить. Чтобы мы стали людьми надежды в мире, не имеющем надежды. Чтобы мы стали свидетелями истины Божественной. Мы должны желать себе и всем только одного — узнать, что есть любовь Божия, коснуться ее в Духе Святом так, чтобы все, что поет сегодня Церковь, стало исходить из наших изумленных уст и сердец. «Кто Бог велий, яко Бог наш, Ты еси Бог, творяй чудеса». «Днесь благодать Святаго Духа нас собра». Господь велик и чудесен. Он совершит самое великое чудо в нашей жизни, какое только может быть, если мы только по-настоящему этого пожелаем. Он — Бог Живой, побеждающий нашу смерть, бесконечно любящий нас. Аминь.

Божественная Литургия

протоиерей Александр Шаргунов

16 апреля 2006 года

Добавить комментарий

%d такие блоггеры, как: