«Не плачь!»

Слово в Неделю 20-ю по Пятидесятнице

Как часто мы бываем охвачены растерянностью и смятением, даже ропотом на Бога! В этом Евангелии о воскрешении сына вдовы Наинской речь идет о Боге и о нас, о нашем восхождении к Нему через смерть, о нашем воскресении. Всякий раз, когда мы слышим это Евангелие, мы не можем не замечать сходства описанного в нем события с тем, что происходит с нами. Но Господь зовет нас идти еще дальше, потому что на самом деле речь идет о Церкви, которой мы с вами являемся и которой мы снова и снова становимся за каждой Божественной литургией в таинстве Евхаристии, когда Господь собирает нас в Себе, в Своем Теле. Вот почему слова Евангелия «и отдал его Иисус матери его» — центральные в этом Евангелии. Они заставляют нас вспомнить о центральном, решающем событии нашей жизни, когда Господь сказал: «Жено, се, сын Твой». Именно так вместе с Пречистой Своей Матерью открывает нам Спаситель суть происходящего: здесь рождается Его Церковь.

Мы видим, что в Наине собралась огромная толпа. Можно сказать, все человечество, которое, до предела разобщенное грехом, убивает сегодня своих детей и собирается вместе, только когда надо их хоронить. Но в этом событии в Наине действует прежде всего сила жизни, которая останавливает смерть, и дает жизнь. Это и есть будущая Церковь — Христос и мы. Но мы знаем, как искажена эта Церковь, и мы сами, многие из нас, более или менее сознательно участвуем в этом искажении. Мы знаем, как гонимы христиане, как продолжают убивать Тело Христово. Все говорят о христианах. А кто говорит о Церкви? Если о Церкви не говорят, то не говорят и о Христе. Но Церковь Христова — это общение христиан друг с другом. И отрицать это — значит отрицать Христа. Церковь — это совершенно новое общение. И в ней — эта Божественная сила бесконечного сострадания, более человеческого, чем все, что мы можем почувствовать и сделать. Это чудо воскрешения в Наине присутствует в нашей Евхаристии, когда Господь зовет нас воскреснуть из мертвых, и Духом Святым запечатлевает эту тайну в наших сердцах тремя истинами.

Первая — мы являемся христианами только когда по мере действия в нас Святого Духа соединяемся со Христом. Вторая — мы являемся Церковью, когда по мере действия в нас Того же Духа ищем истинного общения друг с другом. Если этого нет, мы — мертвые члены в Теле Христовом. Третья — мы пребываем в истинном общении друг с другом только когда ищем спасения, воскресения всех живущих в нашем Наине, всех людей на земле. Без этого всё только «индивидуализм» — главная и смертельная болезнь нашего времени, даже если это «благочестивый индивидуализм». Ибо индивидуализм — это антиобщение, антипричастие. Это антицерковь, это антихрист, анти-Христос, это анти-Бог, ибо Бог — это Троица, любовь и общение. Индивидуализм — это смерть, это ад, это диавол.

В чуде воскрешения в Наине можно выделить несколько моментов, которые должны быть источниками жизни для нас. Во-первых, слово Спасителя плачущей матери: «Не плачь!» Это самое прекрасное слово любви, какое Господь может сказать Своему человечеству. И это также то, что Дух Святой — Утешитель, Источник всякого утешения и терпения, и уверения в любви Христовой — говорит нам, и мы должны услышать это в глубинах наших сердец: «Не плачь! Ты знаешь, что Бог любит тебя, потому что ты — Церковь». Далее, в описании чуда в Наине мы невольно выделяем следующую подробность: Христос остановил похоронную процессию и прикоснулся к смертному одру. Это одно из редких чудес в Евангелии, когда Господь Сам проявляет инициативу. Не так было с дочерью Иаира, не так было с Лазарем Четверодневным. А здесь Господь не отвечает на чью-то просьбу. На самом деле Господь именно так всегда относится к нам. Не мы первые возлюбили Его, а Он нас. Мы пребываем в смятении, в смерти — в той мере, в какой умаляем силу избыточествующей жизни Господа всего лишь до ответа на наши прошения. Чего мы только ни просим! Да, некоторые из нас, может быть, находятся в состоянии не менее горшем, чем Иов, чем царь-мученик, как тут не отчаиваться! Но жив Тот, перед Кем мы предстоим. Его дыхание мы чувствуем в наших ноздрях, и Он всегда — перед нами. Эта непостижимая реальность проще и правдивей, чем все наши просьбы или даже плач. Речь идет о том, чтобы открыться Господу, когда Он касается нас, и касается самого сердца.

И, наконец, — третий момент, в котором все соединяется. «И отдал его Иисус матери его». «Жено! Се, сын Твой». Разве не точно так же сегодня Господь не перестает давать жизнь Своей Церкви?

Эта женщина в Наине была вдова, и вот теперь ее единственный сын умер. За этой женщиной и за всеми матерями и вдовами, узнавшими то же горе, стоит Одна, имеющая единственного Сына, Которого все люди сговорились предать смерти. Мы знаем Ее, эту Мать, превосходящую всякую любовь, но и всякое страдание. К Ней в самые трудные моменты, а лучше сказать, всегда должны мы обращаться, чтобы принять жизнь, которую Она дает нам, приобщаясь смерти Своего Сына. Церковь — Тело Ее Возлюбленного Сына. И в нее входят также, должны войти, и те, кто еще не двора сего, кто еще не знает Христа, но переживают такие же страдания утраты и смерти. Божия Матерь поистине наша Мать, рождающая нас к жизни истинной и вечной. Ей дано было узнать — и одной Ей! — у Креста Господня это страшное чадородие живого и нетленного тела Христова.

Поистине, Божия Матерь таинственнейшим и существеннейшим образом пребывает в нашей жизни. Невозможно быть в Церкви, если мы не имеем самых личных отношений с Божией Матерью. Если мы не с Ней, мы отвергаем Воплощение Христово. Вот мы несем на этом одре, о котором говорится в Евангелии, наше человечество, которое на самом деле не наше. Оно — Христово. Он воспринял его, но как часто мы противимся тому, чтобы Он мог его воскресить! И только благодаря Божией Матери, только в Ней — и мы понимаем, почему, — мы имеем дерзновение сказать: «Да будет мне по слову Твоему».

Мы исповедуем в наших молитвах, что Пресвятая Богородица — Мать жизни. За очень простым и великим, почти как Бог, словом «Жено» присутствует этот смысл. От Каны Галилейской до Креста, и до сегодняшнего дня Она — Мать всех живущих. Она — Мать Живого вовеки Сына, Бога Живого, человека живого, Мать Церкви — живого Тела Христова, наша Мать. Среди возрастающего в мире беспросветного уныния Она — Мать надежды, через Которую Дух Святой не перестает возводить нас от смерти к жизни. От нас зависит, чтобы Господь остановил нас в этом погребальном шествии человечества, идущим «путем всей земли», и воскресил нас. Нам не надо ждать, когда завершится этот путь. Каждый из нас уже сейчас (и через нас многие) по дару этой Божественной литургии может стать причастником Христова Воскресения.

Протоиерей Александр Шаргунов

19 октября 2014 года

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *