Великий Четверг

Тайная Вечеря

Единственная и великая пасхальная тайна совершается в Церкви — начиная со Страстной Седмицы и до Пятидесятницы. Это есть основание нашего спасения и нашей веры. Она исходит от всецелого дара Христа Себя, прежде всего таинственного — за бессмертной Трапезой Великого Четверга, затем телесного — на Кресте в Великую Пятницу — до дара Духа Святого в Пятидесятницу, в этом переходе победы любви над злом и смертью, явленной Богом в Воскресении Христовом.

Тайная Вечеря, на которой мы присутствуем вместе с апостолами, — Пасха Господня. Мы стоим в самом центре нашего богослужебного года. Пасха Господня в нем — это то, вокруг чего все вращается. Пасхальная тайна освещает все другие тайны, придавая им истинное значение. Вся вера Церкви исходит отсюда, и то, что происходит за литургией Великого Четверга и во все пасхальные дни, — это раскрытие веры всех святых в течение столетий, это путь, которым нам надлежит идти без конца.

Более чем когда-либо мы можем понять в этот период значение богослужения в нашей жизни. Оно все более и более погружает нас в глубины веры. И это погружение, это крещение длится всю нашу жизнь («крещение» по-гречески означает «погружение»). Оно не перестает посвящать нас в тайны новой жизни, которые мы постигаем не только разумом, но всем нашим существом, всем нашим телом и нашей душой. Вот почему крещеные, которые воображают, будто можно быть верующими, не ходя в церковь, не участвуя в таинствах, в том числе в самых главных из них — покаянии и причащении, — страшно ошибаются. Милостив Бог, и Он будет искать, какими другими путями, какими скорбями привести эти души ко спасению. Но какие сокровища не будут узнаны ими, какие богатства потеряны, какие открытия и радости попраны, какие зовы Духа Святого останутся незамеченными! Что касается нас, стоящих здесь, — продолжим этот наш путь со всеми святыми, с Самим Христом Богом.

Мы не имеем права отвернуться от этого пути, только потому что по нему трудно идти. Поститься нетрудно, нетрудно бичевать себя, трудно отвергнуться себя, своего эгоизма, стать подлинно свободным человеком, который не боится ни главы государства, ни министра внутренних дел, даже если это министерство именуется ГПУ или НКВД, — никого. Церковь должна молиться за власти предержащие, даже если они являются ее гонителями и относиться с уважением ко всем людям, но мы не должны никого бояться, кроме Бога.

Понимаем ли мы, что во времена небывалых в истории гонений Церковь выжила только благодаря святому таинству Евхаристии? Среди наших новых мучеников были священники, которые, находясь в соловецких или в колымских концлагерях, из-за отсутствия вина служили литургию на клюквенном соке, рискуя поплатиться за это жизнью. Если не было антиминса — освященного шелкового плата с частицей мощей мученика, без чего не может совершаться таинство, — литургию служили на груди осужденного на смерть за веру во Христа Бога. А один из священномучеников, отец Анатолий Жураховский, не имея возможности участвовать в служении литургии, писал из тюрьмы своим духовным чадам: «Издалека целую землю, где совершается теперь Божественная Евхаристия. И одновременно исповедовал веру разбойника благоразумного как перед причастием: «Достойное по делам своим приемлем». И вслед за святым Иоанном Златоустом прибавлял: «Слава Богу за все». А мы, со всей нашей нынешней свободой, со всеми нашими отреставрированными и вновь построенными храмами, со всем, что мы имеем, наши священники и все мы, — так ли мы благодарим Бога, чтобы нам было дано благодатно ощутить то, чему мы приносим поклонение?

По милости Божией, сейчас печатается много церковной литературы. Но книги и проповеди могут помочь только в малой степени понять тáинственную тайну Церкви и жить ей. Для постижения ее надо, чтобы душа освободилась от себя и приняла Христа, как апостолы, как апостол Иоанн Богослов, слово которого о самом главном, что должен знать человек, мы слышим среди пасхальной ночи. Это означает избавление от всего, что является самодостаточным в этом мире, который не дает душе стать свободной как птица. Лицезрение истины порой страшит, его стараются избежать. Многие не читают ту или иную, может быть, самую важную для них книгу, потому что это мешает. Куда проще жить ради красивой видимости, не обязательно греховной, ради обретения хотя бы символического благополучия, ради отдыха на берегу озера, ради того, чтобы иметь возможность послушать музыку с друзьями, ради того, чтобы вступить в счастливый брак и иметь детей, — и больше ничего не надо, — но не ради того чтобы стать по дару Христа святым и воспитать детей святыми.

Каждый из нас должен сегодня лично осознать глубокую благодарность Богу за то, что ему дано принадлежать этой Церкви, умерщвляемой, страждущей подобно Телу Христову, страждущему во время Крестных Страданий. И желать умереть добрым воином Христовым за эту Церковь. Я помню слова одного старого, весьма образованного священника: «Я говорю всем моим сыновьям и внукам, всем моим друзьям и каждому, кто бы он ни был, что мы не можем жить в истине, читая много книг. Мы можем достигнуть этого, только совлекаясь ветхого человека». Этот наш ветхий человек живет поверхностно, завистливо, самодовольно, гневливо, всегда предпочитая делать то, что ему хочется, и не может пожертвовать ничем ради своего ближнего — не то что собой. Как научиться нам в самом деле быть занятым тем, кто нуждается, чтобы о нем говорили, чтобы его растормошили, подбодрили, чтобы его накормили, благословили, утешили? Это возможно только Христом, только Его благодатью, только тогда, когда мы становимся единокровными с Ним по дару Евхаристии. Здесь тайна Церкви, к таинству которой каждый из нас должен приступать в надежде стать святым, то есть любящим человеком, забывающим себя ради других и ради Христа Бога. Без приобщения Христу мы всегда — лишь рабы греха и смерти.

Святые отцы говорят, что тому, кто достойно причащается, открывается Воскресение Христово и все, что совершил Бог ради нашего спасения. Если Бог воплотился — это то, что Он совершил навеки. Если Христос распялся за нас — это то, что Он совершил навеки. Если Христос воскрес из мертвых — это то, что Он совершил навеки. Если Бог сотворил нас, мы будем жить вечно. Никто и ничто, и никогда не может разрушить то, что совершил Бог. «Вечери Твоея Тайныя днесь, Сыне Божий, причастника мя приими».

Протоиерей Александр Шаргунов

Добавить комментарий

%d такие блоггеры, как: