«Горе вам, смеющиеся ныне!»

Слово в Неделю 22-ю по Пятидесятнице

Сегодня Господь в Евангелии еще раз показывает нам очень яркими, понятными каждому человеку картинами жизнь человеческую на земле, как она может быть лишена как будто всяких скорбей, и как она может проходить в сплошных страданиях. Евангельская притча о богаче и о нищем Лазаре хорошо нам известна.

Какой же жизнью живут эти два человека? Об одном сказано, что он одевается в пышные богатые одежды, порфиру и виссон, все выходы его к людям обставлены торжественно, и каждый день он пиршествует блистательно. Каждый день. Его пиры — как роскошные пиры в древнем Риме, описанные у известных историков, — длились без конца, переходя из одного дня в другой.

Человек в струпьях, подобно Иову Многострадальному на гноище, лежит у ворот дома, желая напитаться крошками, падающими со стола богача. Струпья, гной — это образ предельного состояния страдания человеческого тела, это то, что вызывает естественное отвращение у других людей. Им неприятно видеть этого человека, и они стараются держаться подальше от него.

Почему он лежит? Он до такой степени болен. Может, у него вообще ног нет, как мы можем сейчас иногда видеть людей, которые передвигаются на колясках, а этого, может, другие люди приносят. Он ни о чем не просит, только желает, чтобы крошки хлеба, которые падают со стола богатого пира, попадали к нему.

Псы приходят и лижут струпья его. Может быть, их привлекает запах крови на израненном теле этого нищего? А может быть, говорят святые отцы, эти животные вдруг как бы исполняются сострадания к несчастному. Люди не замечают его страданий, отвращаются от него, а животные приходят и лижут ему раны, чтобы облегчить, утишить его боль.

Вот путь жизни здесь, на земле. Отчего умирает этот нищий — от голода, от страданий своих — но он умирает. Умирает и богач.

Первым умирает Лазарь. Господь часто забирает людей благочестивых и праведных, а нечестивых оставляет благоденствовать, чтобы они до конца насладились всеми дарами Божиими здесь на земле. Сколько на наших глазах умерло людей достойных. Почему Господь отнимает их от нас? Тайна этого суда сокровенна и милостива, и справедлива по отношению к нам, незаслуживающим, быть может, иметь среди себя таких людей.

Умирает и богач. Как бы человек ни был богат, какого бы он положения не достиг в жизни, он тоже умрет. Смерть всем предлежит, и, вообще, вся земля уже близится к концу. В Евангелии сказано только о том, какой был конец у этих людей. «Умер богач и похоронили его», а о похоронах нищего не упомянуто. Похороны богача, конечно, были очень пышными и торжественными — наверное, шла трансляция по телевидению… Нет, что это я говорю — телевидения тогда не было! — но, конечно, весь город собрался, речи произносили, что великий человек умер, благодетель города нашего, отечества, человечества. И на памятнике написали имя его, которое не осталось в памяти Священного Писания.

А нищего просто закопали, наверное, в какую-нибудь яму. При жизни он все время вызывал раздражение — до каких пор он будет тут находиться! И после смерти с ним хлопот не оберешься, тоже нужно что-то делать. «Кто это умер?» — спрашивают люди. «Нищий какой-то, не знаем его имени».

Только Господь знает, и мы уже сейчас знаем. Эта смерть и эти суды Божии и суды человеческие — как они различны! Господь, как мы видим, не особенно прислушивается к судам человеческим: как бы ни возносили человека здесь, на земле, какое бы самое великое место он ни занимал, какими бы наградами его ни осыпали — это не имеет отношения к состоянию его души. И как бы ни был отвергнут человек, как бы ни был попираем всеми, Господь говорит нам сегодня, что все эти определения человеческие идут только до могилы, а дальше начинаются суды Божии.

И вот суд Божий. Мы видим, что все перевернулось. Разве Господь не говорит нам об этом заранее? «Блаженны плачущие ныне, — говорит Он — ибо воссмеетесь. Горе вам, смеющиеся ныне! ибо восплачете и возрыдаете» (Лк. 6; 21, 25). И все заповеди, которые мы слышим, предупреждают нас об этом же. Почему? Потому что здесь, на земле, все перевернуто вследствие греха, отпадения человека от Бога.

Мы видим, что богач находится в аду. В страшных мучениях он поднимает свой взор, и видит Лазаря. Не рядом с собой, а вдали — но ясно видит, как будто он рядом. Бесконечно далеко и совершенно рядом. Он находится на лоне Авраама, отца всех верующих. Все, кто жил по вере, естественно собираются на лоне Авраамовом, на том небесном пиру, где возлежат все праведники: от Авраама, Исаака и Иакова до всех святых праведников. И будучи в муках, богач умоляет — какое слово сказано, совсем несвойственное для этого человека! Он умоляет Авраама, чтобы тот послал Лазаря омочить конец пальца в холодной воде и остудить ему язык, хотя бы на одно мгновение.

Почему говорится о языке? Потому что язык — это все. От слов своих мы осудимся, и от слов своих оправдаемся (Мф. 12, 37). Что говорил богач? Все нечестивые, гордые речи, которые он произносил на пирах своих против Бога, людей, вся ложь, все оскорбление другого человека, вся лесть теперь открывается огнем геенским. Потому что язык, как говорит апостол Иаков, — огонь, прикраса неправды. «Язык — небольшой член, но много делает. Посмотри, небольшой огонь как много вещества зажигает! Язык в таком положении находится между членами нашими, что оскверняет все тело и воспаляет круг жизни, будучи сам воспаляем от геенны» (Иак. 3, 5—6).

Язык — то, чем он вкушал всю сладость этой жизни. Все яства, самые изысканные и утонченные, все чувственные наслаждения, какие только были ему доступны, теперь открываются муками языка, гневом Божиим, горящим, как огонь совести этого человека, сознающего, что он повинен всем мукам.

И вот мы узнаем, что Бог не только милостив. Он милостив, потому что Он справедлив, потому что есть правда Божия, потому что все возможности, какие были даны этому человеку сподобиться милосердия Божия, исчерпаны. Теперь ему платят точно такой же монетой, какой он платил в течение всей своей жизни. Ему крошки хлеба было жалко для человека, который был рядом с ним, а теперь он каплю воды не может получить. Милосердие есть высшая правда, и она предлагается для каждого человека. «Суд без милости не оказавшему милости», — говорит нам сегодня слово Божие (Иак. 2, 13). И раскрывается это уже в муках будущего века.

Праведный Авраам, который отличался на земле именно милосердием, произносит это слово правды. Он говорит: «Между вами и нами утверждена великая пропасть». Не могут желающие перейти оттуда сюда и наоборот. Ни один святой не может придти туда, где находятся в вечных муках нераскаявшиеся грешники. И ни один грешник, какое бы дерзновение и отвагу он ни имел, не может перейти оттуда.

Эта пропасть раскрывает нам ту бездну греха, которая всегда разделяет людей и здесь, и в вечности. Но пока мы здесь, нет никакой пропасти. Нет никаких препятствий для того, чтобы человек мог перейти отсюда — от состояния своего греха — к Богу, на лоно Авраамово. Нет здесь, на земле, ни одного человека, который из грешника не мог бы стать святым через покаяние. Так глубока эта пропасть, и так милосердно Господь дарует ее преодолеть, чтобы мы поняли, глядя уже на не преодолимую ничем пропасть в вечности, что нам дается, и оценили этот дар Божий.

В Евангелии ничего не сказано о молитве Церкви об усопших грешниках. Есть ли для них какая-то надежда в будущей жизни? Эта тайна велика, и она, эта надежда, чуть брезжит в словах Авраама, обращенных к этому жестокому грешнику. «Сыне, вспомни, — по-прежнему называет он его сыном, — что ты получил все доброе в твоей жизни» — в полноте, что может только нечестивый человек получить, до самого предела, а Лазарь получил все злое — все скорби и страдания, какие только могут быть в жизни для праведного человека.

Есть у этого богача на земле пять братьев, которые живут подобно ему. И, может быть, нужно, пока не поздно, предупредить их, чтобы жизнь их изменилась, и они избежали вечных мук. Этим движением своей души жестокий человек как бы свидетельствует, что не до конца еще в нем потеряно все человеческое, что есть в нем еще капля живой воды сострадания к другим людям, и суды Божии предстательством Церкви сокрыты от нас. Как решится участь этого человека, мы не знаем. Но мы должны знать о том, что эти муки настолько страшны, что самый жестокий человек становится перед лицом этих страданий хотя бы немного человеком и научается состраданию и милосердию.

Обратите внимание, он просит послать Лазаря, называя его по имени. Он знает, что его самого туда нельзя отправлять — только святые могут явиться на землю, чтобы исполнить дело Божие. О милосердии и кротости Лазаря он хорошо знал на земле, и теперь как бы рассчитывает на знакомство с этим человеком. Если уж невозможно облегчить здесь, в аду, его участь, то, может быть, можно помочь его близким родственникам. Как пренебрегал он этим знакомством на земле, так необходимо оно ему здесь, сейчас, когда все раскрывается.

Что же отвечает Авраам на его просьбу? «Нет никакой нужды, — говорит он, — посылать Лазаря, потому что если не слушают Моисея и пророков, которые говорят обо всем этом каждый день в Церкви, то если кто из мертвых воскреснет, то не поверят ему». «Нет, — говорит ему богач, — если кто из мертвых воскреснет, тогда они поверят». И Авраам снова говорит ему, что если они слову Божию не верят, то и воскресшего из мертвых не примут.

Так знакомы нам слова, которые говорят иногда неверующие люди: «Вы видели кого-нибудь, кто пришел бы с того света и рассказал нам о рае и об аде? Пусть пришлет Бог нам всех эти людей, и мы уверуем».

Господь показывает, что самое главное в человеке — совесть и правда. Это должно быть живым, прежде всего. Не просто внешнее явление невидимого мира: «Ну и что, что человек умирает не полностью, наука это доказала, мы все это прекрасно знаем» — от этого жизнь не изменится нисколько, наоборот, она станет сплошным адом, потому что мы будем жить так, как нравится нам. Если человек не верит Моисею и пророкам, если не верит заповедям Божиим, если мертва самая главная глубина человека, его душа, то напрасно все остальное. Сколько приходит к нам каждый день этих, можно сказать, мертвых — не просто каких-то людей, а самых достойных и праведных: патриархов, пророков, апостолов! Каждый день приходят они к нам и говорят, что такое жизнь. «Кто из вас обличит Меня в неправде?» — говорит Христос, обращаясь ко всем самым мудрым людям, и Сам приходит к нам и говорит в Своем Евангелии (Ин. 8, 46). Сам Христос воскресший приходит к роду человеческому, и те, кто не верит Моисею и пророкам, кто не принимает жизнь по совести и правде, не могут уверовать во Христа Бога.

Только заповедь Божия, жизнь по совести и правде, по стыду человеческому может привести к Богу. Это тайна жизни. Если человек грубо попирает ее, кто даст ему большее? Кто даст ему узнать Бога и силу Его, могущую воскресить и умерших?

Будем дорожить этим даром и даром Слова Божия, которое дается нам каждый день. Будем каждый день, кто сколько может вместить, обращаться к этому слову жизни, истины, милосердия и правды. Стараться жить так, чтобы сердца нашего коснулась та вечная жизнь, о которой возвещают Моисей и пророки, и все заповеди Божии. Чтобы открылась нам благодать Воскресения Христова, и стало ясно, что это бесконечно больше, чем все остальное, что знает человек.

Протоиерей Александр Шаргунов

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.