Устоять на камне

Внидоша воды до души моея (Иона 2:6)

1993_stone

Тонкая, в волос трещина не видна на фасаде храма. Но специалист знает: если эта волосная трещина просматривается от цоколя до свода и выше, дело серьезное. Ставят маяки и замечают: трещина раскрывается. Почему? Возможно, дал просадку фундамент — под ним разуплотнился грунт. Следствие плохой ли отмостки и дренажа, подмокания ли стен из-за худой кровли, поднятия ли грунтовых вод и т.д., — общая и главная причина чаще всего — вода.

Трещина расширяется, здание «трещит», деформируется, но стоит благодаря огромному запасу прочности. Нагрузка перераспределяется с «висячих» частей сводов на обжатые, рабочие участки стеновых конструкций, те передают ее, добавляя собственную тяжесть непросевшим фундаментам, засевшим в прочном материке.

Разрушений нет, но угрожающие признаки начавшийся деформации налицо. Но быть может, не только возрастающие статические нагрузки от убывающей под воздействием воды прочности опор, но и динамические — от неких колебаний и ударов послужили причиной их возникновения?

Конечно. Молотилки и бульдозеры в разоренных обителях, метро под храмом, наконец, снаряды в войну и динамит в мирное время… Но перейдем от образов и аналогий к предмету.

Храм — Святая Церковь. Камень в Ее основании — Христос. Фундамент Ее — вера в Воскресение Его, вера мучеников. «Будет время, — говорил преп. Серафим Саровский, — когда главнейшему догмату веры Христовой не будут веровать». Тяжелые воды нашего времени, воды глубинного неверия Его Личному, а, значит, и своему личному Воскресению — суть грунтовые воды, точащие, вымывающие крепость фундамента.

Но и удары.

Я считаю, что дело такой неописуемой жестокости и бесчеловечия, как методичный, аккуратный расстрел из танковых пушек в центре Москвы здания с находящимися в нем женщинами и подростками, тысячами людей (неважно, каких), расстрел безответный, показательный, глумливый, — с предельной откровенностью, как никогда и нигде раньше показал миру лицо Человекоубийцы. Это колоссальная динамическая нагрузка, это страшный удар по Церкви.

Все факты доказаны, есть сотни свидетельств: расстреливались безоружные, расстреливались подряд, без разбору, все, кого совесть, или убеждения, или просто сострадание, или просто даже случай завели в этот Дом. Но не бандой уголовников, а людьми, облеченными высшей властью, от Бога им данной, — силой государства, в котором мы живем, то есть с нашим участием. И дело здесь не в наших политических симпатиях или антипатиях, а в том, что эти люди расстреливали безвинных — то есть Самого Христа. Того Самого, Которого мы принимаем в Святых Тайнах, властью Которого совершаем Святые Таинства, Которого мы призываем в молитвах за богослужением и дома. Я надеюсь, что эта христология — не новая, но самая что ни на есть древняя, святоотеческая и православная. «Как вид разрушения приводит в содрогание чувственную природу, так нравственную природу приводит в сугубый трепет и смятение вид незаслуженного страдания», — говорит митрополит Московский Филарет, разумея страдания неповинными не в отношении к Богу, перед Которым только страдания Христа, мучимого за беззакония наши, неповинны, но — в отношении к себе и своим делам, в том смысле, о котором сказано Апостолом: «да не кто от вас пострадает яко убийца или как тать, или яко злодей» (1 Петр. 4:6).

Оцепленные и расстреливаемые в Белом Доме и вокруг него четвертого октября люди — подростки, священники, журналисты, уборщицы и другой персонал Дома, милиционеры из его охраны и т.д.- не были убийцами, ни даже хулиганами. Не они стреляли в демонстрантов, не они даже били стекла в «Останкине» накануне. Это были жертвы — люди, убийство которых не мотивировано формальной логикой. То есть безвинные именно в том смысле, о котором митрополит Филарет говорит, что их страдание вызывает «сугубый трепет и смятение».

Именно это чувство трепета и смятения, иначе сказать, сострадания членам Христовым лежит в основе христианского благочестия. «В неизреченном таинстве соединил Он нас с Собою и соделал членами Тела Своего» (св. Исаак Сирин). «Болит ли один член — страждет все тело», — говорит Апостол (1 Кор. 12:26). Еще Исаак Сирин: «Для чего желаешь и домогаешься созерцания прежде любви, когда Божественный Павел отверг оное без любви? Ибо, сказав, что делание заповедей служит мне препятствием к созерцанию, явно похулил ты любовь к ближнему и предпочел ей созерцание, и вожделеваешъ (хочешь) видеть его там, где оно не усматривается». О том же — Златоуст: «Хочешь почтить Тело Христово? Не презирай, когда видишь Христа нагим… И что пользы, если здесь почтишь Его шелковыми покровами, а вне храма оставишь терпеть холод и наготу… Христос, как бесприютный странник, ходит и просит крова, а ты, вместо того, чтобы принять Его, украшаешь пол, стены, верхи столбов,… а на Христа, связанного в темнице, и взглянуть не хочешь». «Хочешь ли видеть жертвенник Милосердного? Жертвенник этот создан из самых членов Христовых. И Тело самого Владыки служит тебе жертвенником. Благоговей перед ним: на Теле Владычнем ты совершаешь жертвы. Этот жертвенник страшнее и нового, а не только древнего жертвенника. …А между тем почитаешь тот жертвенник, который принимает Тело Христово, и унижаешь этот жертвенник, который есть само Тело Христово, и не обращаешь внимания, когда он разрушается. Такой жертвенник ты можешь видеть везде, — и на улицах, и на площадях» (выделено мною — В. П.). Жалость к этим созданиям Божиим, которых разрывали на куски танковые снаряды, которые сгорали внутри этого здания заживо от действия зажигательных снарядов, превращавших закрытые помещения в крематорий (свидетельство военного специалиста), невозможно признать эти смерти должными только лишь в силу того, что произведены они законной властью (в отличие от обычных уголовных убийств, признание необходимости и законности которых от нас не требуется), — это все, говорим мы, и есть проявление в нас конкретной, а не мечтательной любви к ближнему как к Христову члену.

Этот расстрел можно сравнить со случаем из жизни святого старца Силуана, о котором он сам рассказывает так: «…одно срубленное и очищенное дерево быстро катилось по откосу на человека. Я видел это, но от великой скорби не мог ему крикнуть: «Уйди скорей»; у меня заболело и заплакало сердце, и дерево остановилось. Человек этот был для меня чужой: я не знал его, и если бы это был родной, то, думаю, вряд ли остался бы я жив». «Срубленные и очищенные дерева» в виде танковых снарядов не катились сами собой, но прицельно направлялись ближними. Это приводило к массовым смертельным исходам. Будь Силуан Афонский свидетелем сего, не остался бы жив, умер бы от скорби за народ, из сострадания, от невозможности пережить такое. Это и есть любовь до смерти, желающая умереть и умирающая за ближнего, та любовь, которую принес на землю Христос. Я знаю, что многие в этот день не хотели, не знали, как жить дальше, что им легче было бы умереть, чем жить, и это диктовалось чувством любви ко Христу и Его правде. Люди, безразличные ко Христу, проявляли себя в обратном — в мудром, взвешенном совете Каиафы о предотвращении гражданской войны и достижении национального согласия ценой решительных мер в отношении лиц, чья вина не доказана («Лучше нам, чтобы один человек умер за людей, нежели чтобы весь народ погиб» — Ин. 11:50), в чувстве удовлетворения: перенесена тяжкая операция, будем жить! — когда погибельный для народа совет Каиафы приведен в исполнение; в призывах к некоей молитве о единомыслии к тем, кого эта кровь разделила, как кровь Христова — молитве, по существу, иудео-христианской, отметающей реализм Божественного Воплощения. Не говорим о глумлении и злорадстве многих, православных по имени.

И вот здесь Христология этого события переходит в эсхатологию. Те, кто принимает христианство без дел, совершаемых Христа ради, те, для кого христианство — учение без конца («Христианство не есть учение без конца. Учение его коротко; — а жизнь по нему конца не имеет» — еп. Феофан Затворник), те, кто не знает Христа деятельно, жизнью, для кого Православие — поприще духовного самоутверждения, приобретения Его благодати, Его совершенств (в Литургии, например), без истинной благодарности Богу за оные через неискание ничего своего в жизни и неучастие в делах тьмы, для всех тех, кто «увлекается», «играет» в христианство, позабыв о Нем, лично о Нем, кто разрывает «деяние» и «видение», — для всех этих современных ариан и монофизитов расстрел четвертого октября — событие мирское, политическое, суетное, вне их духовной жизни, вне жизни Церкви. Но для тех, кто искренно составляет собой Тело Христово, по сказанному: «Мы — Тело Христово, а порознь — члены» (1 Кор. 12:27), для тех, кто, как преп. Максим Исповедник, говорит о себе: «Мы становимся Телом Его не вследствие лишенности собственных тел, и не потому что Он ипостасным образом переселился в нас, или разделился на члены Свои, но потому что, уподобляясь плоти Господа, отвергаем тление греха», возненавидев, в частности, совершенной ненавистью насаждаемый современным миром разврат и растление, не будучи способными смириться с безнравственностью «посткоммунистического» общества, для таких людей отношение к четвертому октября как к бесчеловечию сатаны стало определяющим признаком Православия. И это от Бога: многие «первые» в Церкви и по времени своего обращения, и по испытанному благодатному опыту общения со Христом в таинствах и в Духе становятся последними в деле реального участия в Его страданиях в Теле Его — земных Его членах; многие «последние» — далекие от Церкви и веры в Бога люди через сочувствие Его страданиям становятся Ему близки, делаются Его друзьями, будут приняты в Его Царство. «Вот, я сделаю то, что они придут и поклонятся пред ногами твоими и познают, что Я возлюбил Тебя» (Откр. 3:10).

И уже приходят — через неравнодушие, простое неравнодушие к этим событиям — к Церкви Христовой: учителя и врачи-психиатры, офицеры армии и — даже! — некоторые журналисты, литераторы и актеры; приходят презренные «коммуняки» и работники ВПК. Их объединяет в движении к Личности Христа одно: неспособность оправдать Его страдания, страдания Его земных членов мирской целесообразностью, социальной ли, политической или экономической. За это одно Он дает им то, над чем они не трудились. У этих прелюбодеев и мытарей оказывается более развито чувство реальности жизни, смерти и страданий, невозможность свыкнуться с пережитым ужасом приводит их к Тому, Кто этот ужас претерпевает за всех, Кто успокаивает и делает мужественной душу перед лицом Каиафы, Ирода и самого сатаны.

Другие же — те, кто трудился от первого часа, без остатка отдав свою жизнь Церкви, рискуют, кажется, лишиться всего, так как проходят мимо Божественного Страдальца.

«Нищая бо, — в лице земного невежества, в лице земного разорения и неустройства храмов, в несовершенстве храмового богослужения, в лице всей той безбрежной устроительной и улучшительной деятельности под именем христианства, которую приветствует мир, лежащий во зле, и на которую направлены ваши лучшие усилия, — всегда имате с собою. Мене же — в лице Моих страждущих членов, которым если что сотворили — Мне сотворили — не всегда имате», но когда Я Сам вам Себя открываю и насыщаю Собою — за алкание и жаждание правды и неучастие в делах тьмы.

Трещина разделения проходит, кажется, до фундамента. Под одними он стоит, под другими — плывет. Вопрос: хватит ли прочности у рабочих частей стен и сводов нести перераспределенную нагрузку; хватит ли пластичности у кладки для дальнейшего ее перераспределения; и, наконец, остановится ли дальнейшее раскрытие трещины? Если нет, то при глубокой просадке аварийных, разуплотненных частей фундамента это грозит отрывом соответствующих конструкций стен и сводов с возможным обвалом их необжатых частей.

Оставшуюся же стоять часть церковной постройки не одолеют врата ада. Как Калязинская колокольня посреди затопленной Волги, как собор Авраамиева Костромского монастыря с обрушившейся стеной и половиной свода, но целой главой, так и Церковь Христова — «трость, надломленная» неверием и предательством. Не переломит, даст выстоять ей Господь.

Протоиерей Владимир Переслегин

«Москва», N 1 за 1994 г.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.